«Меня вышвырнули из «Авангарда». Намекали, что попасть в состав кое-что стоит». Интервью с молодым талантом, который пробивается в КХЛ вопреки всему

В четверг новый «Куньлунь» проводит первый домашний матч в новейшей истории, принимая своих соперников в Мытищах. Несмотря на то, что команда всегда проигрывает, набиралась довольно специфическим способом, там есть люди, на игру которых стоит посмотреть. Молодой форвард Герман Шапорев, который еще имеет право выступать в МХЛ, забросил три шайбы в двух матчах и доказал, что страна у нас богата талантами. Только, судя по беседе, ими очень легко разбрасываются.

Финны ломают календарь КХЛ. Команда села на карантин и подставила других

Не хотел возвращаться в «Авангард»

— Как вас изменили эти три шайбы в КХЛ?

— Никак. Я прекрасно понимаю, что это серьезное достижение, но в МХЛ привык забивать, так что все в порядке. Еще больше стараюсь работать на тренировках.

— У вас уникальная ситуация. Может быть, в каком-то другом клубе вы бы не получали столько игрового времени.

— Конечно, я все понимаю. У «Куньлуня» ограниченный состав, довольно трудное положение. В этом есть плюсы, как, например, игровое время, доверие тренеров. Но при этом надо постоянно доказывать, что ты достоин играть в КХЛ. У меня нет таких мыслей, мол, я забил, теперь у меня все прекрасно.

— Работы много.

— Очень. Мне всегда напоминают, что иметь только один бросок — мало. Нужно выигрывать единоборства на льду, хорошо защищаться, активно действовать не только в атаке. Стараюсь развиваться, и в этом смысле хорошо, что я нахожусь именно в «Куньлуне». Наш тренерский штаб ни на кого не кричит, наоборот подбадривает. Но при этом мне дают очень полезные советы, и я стараюсь их выполнять.

— Для вас последние полгода были ужасными, даже учитывая нынешний безумный мир. Ведь до последнего времени вы даже не имели права выступать в КХЛ.

— Да уж, Усть-Каменогорск меня никак не отпускал. Я хотел покинуть клуб, но никак не мог этого сделать. Хотя попытки были. Не секрет, что я мог оказаться в Омске. Точнее «Авангард» пытался выкупить права на меня, но не получилось.

— Там и цена скакала, и президент усть-каменогорского клуба куда-то пропадал.

— Да, начали с того, что потребовали за меня 10 миллионов, затем цена снизилась, но руководитель перестал выходить на связь и никак не оформлял сделку. Но, честно говоря, я даже рад, что так произошло.

— Почему?

— Да не особо хотел я в «Авангард».

— Ого.

— Воспоминания, когда меня вышвырнули из клуба, еще свежи. Причем, в системе до сих пор работают люди, которые вынудили покинуть родной город. Те, кто стал привозить непонятных москвичей в молодежную команду, а своим прозрачно намекали, что попасть в состав кое-что стоит. Те, кто лишал меня льда и заставлял бегать по лестнице арены с грузом в 19 килограммов вместо ледового занятия. Те, кто даже расстаться со мной не мог прилично.

— Как?

— На меня не рассчитывали, сказали, чтобы не видят в клубе, но при этом, когда появилась возможность перейти в «Алтай», не забыли потребовать компенсацию за переход. В Усть-Каменогорске сказали, что у них денег нет. Бесплатно меня взять готовы, но платить не будут. Тогда я предложил вариант, чтобы забирали 50 процентов зарплаты до момента, пока все «Авангарду» не будет выплачено. Только после этого мне разрешили уйти. В тот год я получал восемь тысяч рублей в месяц.

«Мы все понимаем, видим, что творится вокруг». Форвард СКА Бурдасов — о сокращении зарплат в КХЛ

Попросил Бурдасова подарить клюшку

— Не было мысли тогда закончить?

— Еще чего! Я верил в себя, в то, что смогу добиться каких-то успехов. Для меня было важно показать, как люди ошибались. Разговоры о том, чтобы вернуться в «Авангард», пошли после Кубка Вызова в Москве. Но я опять же скептически ко всему этому относился. И хотя клуб действительно старался приобрести права на меня, рад, что так закончилось.

— Когда стало известно, что казахские клубы не будут выступать в ВХЛ, было решено, что все игроки станут неограниченно свободными агентами. Однако, вы никак не получали на руки трансферный лист.

— Мне его дали последнему, когда уже истекало время. Почему так происходило? Я не хочу вообще об этом думать, но если руководитель клуба прятался от предложений «Авангарда», то ничему удивляться не стоит. Хотели, наверное, чтобы я выступал в чемпионате Казахстана. Но что это за турнир? Однажды, когда я выступал за «Алтай», от нечего делать сходил на игру местного турнира. И натурально уснул на трибуне от скуки. Однако, почему-то на меня рассчитывали. Хотели, чтобы я остался. Сильно хотели. Даже угрожали, но не мне, а близким.

— Каким образом?

— У меня девушка из Усть-Каменогорска, так ей угрожали увольнением, если я не подпишу контракт. Глупость какая-то! Никого не уволили в итоге, но при этом мне долгое время нельзя было тренироваться с «Куньлунем», хотя уже обо всем договорились. Маленькая месть, но опять же я ни на кого не злюсь, у меня просто нет на это времени. Но мой перерыв в ледовой подготовке получился очень значительным. Я тренировался в Омске, но там льда нет и все ограничивалось землей. Так что очень соскучился по хоккею.

— После матча в Новосибирске вы сказали, что вам нравится броски Овечкина и Бурдасова.

— Да, но все-таки мне больше нравится, как играет Бурдасов. Мы даже подружились в инстаграме, перекинулись парой слов. «Куньлунь» меня брал на турнир в Санкт-Петербург, но я занимался лишь в зале и встретил там Владимира Ткачева. Попросил, чтобы Бурдасов подарил мне свою клюшку.

— Попытались поиграть ей?

— Ага. Оказалось, что у него такой странный загиб, что шайба у меня летела куда угодно, только не в ворота. Я планировал ей играть, но оставил эту затею. Стоит теперь в раздевалке, как сувенир.

— Я думал дело не в загибе.

— Он многое значит. Мой вес 95 килограммов, но я привык играть более мягкой клюшкой. Может быть, и бросок потому такой сильный, что она сильно прогибается.