Всеобщий друг. Часть 1

Михаил Манчик - один из самых интересных людей в российском хоккее. Нынешний помощник генерального менеджера СКА был начальником команды еще в 70-х годах прошлого века. Потом поработал в НХЛ, а пять лет назад вернулся в Санкт-Петербург.

"Фигаро - тут, Фигаро - там!" - это про нашего героя. Его невозможно себе представить без телефона в руках. Подняв трубку, он с одинаковой легкостью общается и по-русски, и по-английски. Манчик работал начальником СКА еще в далеких 70-х. А пять лет назад вернулся в клуб ассистентом Барри Смита. Американского тренера в команде уже давно нет, Манчик теперь помогает Касатонову, но, кажется, может помочь абсолютно любому.

НАЗЫВАЙТЕ МЕНЯ КАК ХОТИТЕ

- Что входит в круг ваших нынешних обязанностей?

- Работа с игроками, тренерским составом. Помощь им в различных вопросах. У нас в команде много иностранцев и иногородних - они все нуждаются в опеке. Кроме того, осуществляю связь с управленческим составом в лице Алексея Касатонова.

Занимаюсь практически всем. Помогаю игрокам вне льда с квартирами, машинами, банковскими операциями, приездами родственников, интервью и многим другим. Я знаю их нужды, характер, проблемы. Пытаюсь, когда надо, ребят подбодрить и настроить. Иногда вижу смысл с ними просто поговорить на своем уровне. Надеюсь, что многие хоккеисты меня уважают как человека, который прошел большой путь в этой игре, который знает очень много хоккейных людей.

- Похоже, вас можно смело назвать серым кардиналом команды?

- Называйте, как хотите (смеется). Я близок к игрокам, и для меня это честь. Я люблю этих ребят. Для меня каждый из них как сын или младший брат.

- Насколько я знаю, у вас есть еще и медицинское образование?

- В свое время я долго работал в СКА и в НХЛ в качестве терапевта. Но это долгая история... Впрочем, помимо медицинского у меня есть еще и менеджерское образование.

- А как вообще получилось, что вы попали в армейскую команду?

- В 1971 году главный тренер СКА Николай Георгиевич Пучков пригласил меня на должность мануального терапевта. Специалист увидел во мне потенциал и чуть позже предложил стать начальником команды. Мне было всего 22 года, и на этой должности я оказался самым молодым за всю историю российского хоккея. На тот момент многие игроки были старше, а мне порой приходилось ими руководить. Я совмещал врачебные функции с начальственными, но успевал со всем справляться.

- Получается, в 70-х вы застали своего нынешнего начальника совсем молодым парнем?

- Я начинал работать в СКА при Пучкове, а закончил при Михайлове. В те годы и познакомился с двумя Алексеями: Касатоновым и Гусаровым.

МИХАЙЛОВУ И ПЕТРОВУ СКАЗАЛИ: "ЛИБО ВЫ, ЛИБО МАНЧИК"

- Говорят, у вас не сложились отношения с Михайловым?

- Неправда. Мы и сейчас общаемся тепло. В 70-е он только начинал тренерскую карьеру, а я уже работал в команде сравнительно долго. Мы хорошо общались, плодотворно трудились, но потом все испортил политотдел Ленинградского военного округа.

- В каком смысле испортил?

- Видимо, я делал слишком много или слишком хорошо. Люди не понимали, как мне удается обеспечить команду тем, что достать невозможно в принципе. А в политотделе в тот момент появился новый начальник, который невзлюбил меня с первой минуты и не захотел мириться с тем, что я работаю в СКА. Он поставил условие Михайлову и Петрову: либо вы, либо Манчик.

- И куда вы подались?

- Руководство военного округа меня далеко не отпустило. Я стал начальником команды автомотоспорта. Должность престижная, у меня в подопечных были чемпионы мира. А проработал я до тех пор, пока КГБ не "вычислил", что я занимаюсь крупными валютными операциями.

- А вы занимались?

- Да какое там! Я просто продолжал доставать нужные вещи: покупал инвентарь команде при посредничестве одной компании. У меня за спиной не было ничего криминального, поэтому после разбирательства меня быстренько отпустили. Но после случившегося я больше не хотел находиться в СССР. Понял, что, невзирая на все заслуги, меня могут в любой момент вышвырнуть откуда угодно. Да и в такой ситуации меня никто на работу бы не взял, так что перспективы никакой. В итоге в 1989 году транзитом через Австрию и Италию я попал в США. Мне было 35 лет, и пришлось вспомнить о медицине.

 БОКС И БАЛЕТ

- Чем поначалу занимались в Америке?

- Мне очень помогли мои друзья - родители известного сегодня голливудского актера Антона Ельчина. Первое время они очень здорово меня поддерживали, в том числе и в финансовом плане. В то время я много общался и работал в качестве терапевта с людьми искусства. Был знаком с Барышниковым, ведь и первая, и вторая мои жены - балерины. Потом попал в Кливленд, где меня взял к себе на работу частный мануальный терапевт. Затем в моей жизни появились фигуристы, за ними остальные спортсмены, а еще некоторое время спустя познакомился с Доном Кингом.

(Продолжение следует)

Никита ЛИСОВОЙ