«Я был достоин места в сборной, а заслуги моего отца ни при чем». Сын известного чиновника пробивается наверх в Америке

Этим летом в системе «Сан-Хосе» началась перестройка. Из клуба ушли Джо Павелски, Джастин Брон и Йоонас Донской, а Питер Дебур начал активнее задействовать молодых хоккеистов. В системе команды из Калифорнии оказалось множество российских игроков. Данил Юртайкин и вовсе начал сезон в тройке «Шаркс», в фарм-клуб «Барракуда» отправили Николая Кныжова, Ивана Чеховича и Максима Летунова, в юниорскую лигу — Артемия Князева и Владислава Коткова. Кроме них тренировочные лагеря «Сан-Хосе» посетили Ярослав Алексеев, Артем Иванюженков и Иван Косоренков. Первый отправился в USHL, а двое других подписали контракты с фармом «Шаркс».

В 16 лет Иванюженков съездил на ЮЧМ-2015 за сборную старшего возраста, а в следующем сезоне играл за команду проекта U-18 Виталия Прохорова в чемпионате МХЛ. Однако на следующий юниорский ЧМ из-за мельдониевого скандала вместо прохоровских юниоров поехала сборная 1999 года рождения. За следующий сезон в «Русских Витязях» фактурный форвард заработал больше всех штрафа, провел две игры за основу и отправился в Северную Америку. Спустя два года он стал одним из самых удаляемых игроков USHL и завоевал Кубок Кларка с «Су-Фоллс». В межсезонье Иванюженков ярко выступил на турнире новичков, а в сентябре подписал годичный контракт с «Барракудой».

От АХЛ ожидал большего

— Как вам АХЛ? — вопрос Иванюженкову.

— Честно, ожидал чего-то большего. Хоккей интереснее, быстрее и умнее. Цена ошибки значительно выше. Понятно, что здесь играют взрослые дяди, но в этот хоккей спокойно можно играть.

— Как вы оказались в системе «Шаркс»?

— Меня пригласили в лагерь развития, который проходит в конце июня. Туда приезжают новички с драфта и все подходящие по возрасту ребята. Я готовился, приехал, показал себя в течение недели и в конце меня позвали на предсезонный лагерь новичков, который и решил мое будущее.

— Помогло обилие россиян в первом лагере?

— Когда приехал в лагерь этим летом, поразился, как много было русских. Половину из них я знал, и они подсказали, что и как. Приятно было, что столько наших проходят отбор в одну из лучших систем НХЛ.

— Еще во время выступления в России у вас были немалые габариты и много штрафного времени. В каких компонентах вы прибавили за два сезона за океаном, и каковы ваши сильные стороны?

— Я действительно большой, и силовой хоккей — это моя стихия. При этом я могу забить и отдать пас. Акцент делаю на работоспособность и физику.

— Малогабаритным парням типа Виталия Абрамова выступление в фармах дается непросто. Для игроков ваших габаритов АХЛ — то, что надо?

— В принципе в Северной Америке больше силового хоккея. Если ты большой, то, может, тебе здесь будет легче. Все равно пробивается много негабаритных ребят. Недавно Виталя забил первый гол в НХЛ.

— Что вам сказали менеджеры «Шаркс» после успешного выступления в лагере новичков?

— Да, мы пообщались, и мне предложили контракт с фарм-клубом. Посмотрим, как будет дальше — пока не загадываем. Этот сезон пока проведу здесь.

— Остальные россияне в «Барракуда» — Летунов, Чехович — ваши конкуренты. Как вы общаетесь между собой?

— Помогаем друг другу, подсказываем. На льду мы в любом случае конкуренты, но сохраняем дружеские отношения. Каждый хочет добиться максимального результата, попасть в НХЛ и закрепиться там.

— Пока попасть удалось только Данилу Юртайкина. Вы и остальные русские удивились, что из-за дисквалификации Эвандера Кейна его сразу взяли в первую команду?

— Почему? Он уже играл на профессиональном уровне — в прошлом сезоне провел много матчей в КХЛ. Данил — молодец, работал-старался и в итоге пробился. Я этому совершенно не удивлен.

К русским в команде относились без предубеждений

Об Иванюженкове вспомнили во время его бодрого выступления на турнире новичков в Анахайме. В хоккейном мире фамилия хоккеиста лучше известна не из-за достижений, а благодаря его брату Антону и отцу Борису. Последний возглавлял министерство спорта на рубеже веков, долгое время был президентом Федерации бокса России и депутатом Государственной думы и до сих пор входит в правление ФХР. По инициативе функционера в Подольске начали строить ледовый дворец «Витязь», где сейчас выступает команда КХЛ.

Оба брата Иванюженковых закончили школу подольского клуба и выступали за юниорские сборные (1993 и 1997 годов рождения) при тренере Юрии Румянцеве, которого многократно обвиняли в несоблюдении спортивного принципа при формировании команд. В 2015 году Антон завершил карьеру, а через год стало известно о ДТП в Подольске с его участием, однако дело было закрыто по примирению сторон. Артем не был замечен в скандалах, и специалисты считают младшего Иванюженкова куда более талантливым, чем брата. Он даже фигурировал в преддрафтовых рейтингах, а на второй год в USHL завоевал с «Су-Фоллс» Кубок Кларка и теперь пробивается в НХЛ через фарм-клуб.

— Вы провели два матча за «Витязь». Почему решили уехать из России?

— Потому что хотел больше играть в хоккей, главное — получать практику. В USHL я получил много времени. Там доверяли больше, видели меня в составе. Сейчас «Витязь» творит чудеса, стараются — молодцы! Поменялся тренер, набрали хороших иностранцев и российских ребят.

— Удивило, какой прорыв сделал Александр Самонов, который целый месяц не проигрывал в КХЛ?

— Да, мы играли с ним в молодежке и вместе были в команде КХЛ. Саша работает и в последнее время дает отличный результат.

— Два года вы провели в «Су-Фоллс». Что можете рассказать о USHL?

— USHL — хорошая быстрая лига, вратари там сильные. Все равно, там играют в такой же хоккей, как в канадской CHL. Единственное — из USHL ребята стараются попасть в колледж, получить образование и параллельно играть в хоккей в университетской лиге NCAA. Там сейчас выступает русский парень Ян Кузнецов, с которым мы вместе играли в прошлом году. После USHLмного ребят попадает в НХЛ. Еще в «Су-Фоллс» мы играли с Мишей Бердиным, но потом он пошел дальше, а я остался, а теперь тоже попал в фарм-клуб. C его «Манитобой» мы в регулярке не пересечемся и встретиться сможем только в плей-офф.

— Вас приглашали в университет?

— Да, получил приглашения в несколько университетских команд, но пока у меня другие приоритеты. Хочется играть на профессиональном уровне и чего-то добиваться.

— Слегка трудно понять, почему человек из такой обеспеченной семьи, для которого открыты все пути, решил пробиваться через юниорскую лигу США, где ваша фамилия не вызывает ассоциаций с отцом. Почему выбрали такой путь?

— Мне нравится это дело. Я готов стараться изо всех сил, чтобы заиграть на профессиональном уровне. Хочу сам обустроить свою жизнь и не зависеть ни от кого.

— Отец и брат следят за вашими играми?

— Да, конечно, мы часто созваниваемся. Единственное — разница во времени большая.

— Было много разговоров о том, что вас брали в сборную из-за заслуг вашего отца. Как вы к этому относитесь?

— Считаю, что я был достоин места в сборной, а заслуги моего отца тут ни при чем.

— Вы сталкивались с блатом в хоккее в Америке?

— Такого не было. Если не подходишь, и тренер не видит тебя в составе, он тебя не будет брать и скажет в лицо: «Давай мы тебя обменяем или спустим в фарм-клуб». Да и к русским в команде относились без предубеждений, никого не волновало, какая у тебя национальность. Все были вместе.

— Про канадские вечеринки новичков рассказывали дикие вещи. Что самое жесткое было у вас в «Су-Фоллс»?

— Нет, подобное только в Канаде происходит, в Америке нет такого.

— Ваша команда особенно сплотилась в прошлом сезоне, когда «Су-Фоллс» завоевали Кубок Кларка. Чем запомнилась там победа?

— Атмосфера была потрясающая. С первого до последнего матча нас поддерживали много людей. Какая-то нервозность сохранялась, но при переполненных трибунах играть становится интереснее, никто и не думал спасовать. В памяти осталась масса положительных эмоций. Пока мое это самое лучшее достижение в карьере.

— Что вам дали два года в Северной Америке?

— Это время я жил в американской семье, смотрел на их быт и менталитет. В то же время там другой хоккей, и все происходит не так, как в России в плане отношения к процессу и подготовки. Пока хочу здесь максимально пробиваться в состав, а как буду дальше — не могу планировать.