Александр Якушев: "В Зал Славы в Торонто по блату не попадешь!"

 

Он не играл в НХЛ, но достойнее многих. Якушев - в Зале хоккейной славы

Два года назад, беседуя с Александром Якушевым в канун его 70-летия, я спросил его, мечтает ли он попасть в Зал хоккейной славы в Торонто. Легендарный спартаковец ответил: "Это мечта любого хоккеиста. Знаковое место, туда очень сложно попасть. Обычно туда попадают игроки, выступавшие в НХЛ, и то за особые заслуги". Я возразил: а как же Владислав Третьяк и Валерий Харламов, а также Сергей Макаров, который провел за океаном не главную часть своей карьеры?

Лучший советский бомбардир и сильнейший, по мнению Фила Эспозито, наш игрок в Суперсерии-72 улыбнулся: "Это большое дело, и мы все гордимся теми нашими ребятами, которых приняли в Зал славы. Они действительно этого заслужили". Вообще, очень трогает, как канадцы относятся к легендам, звездам хоккея. Все о них знают и помнят".

И вот теперь он сам стал членом Зала славы, присоединившись к Анатолию Тарасову, Владиславу Третьяку и Вячеславу Фетисову, Валерию Харламову и Игорю Ларионову, Павлу Буре, Сергею Федорову и Сергею Макарову. Церемония приема запланирована на 12 ноября. С чем я Александра Сергеевича, дозвонившись, с удовольствием и поздравил.

– Стало ли для вас полной неожиданностью это известие, или были в курсе, что такое возможно? – спрашиваю Якушева.

– Неожиданностью. Ведь 46 лет прошло после той Суперсерии! Честно говоря, уже и не надеялся. Но вот получил такой знак уважения со стороны Зала славы. Получилось так, что во вторник у нас была тренировка команды "Легенды хоккея", закончилась она где-то в половине десятого вечера. Пришел в раздевалку, посмотрел телефон. А там – звонок с кодом страны "+1". То есть из США или Канады.

Через некоторое время раздался повторный звонок. Говорили по-английски. Мой язык, мягко говоря, далек от совершенства, но словосочетание “Hall of Fame" (Зал славы, – Прим. И.Р.) я понял. Звонил Лэнни Макдональд, известный в прошлом игрок "Калгари", усач, который сейчас глава комиссии по избранию новых членов Зала славы в Торонто.

Потом еще раз перезвонили, и тут я уже попросил поговорить Романа Ротенберга, с которым мы на той тренировке были вместе. Он уже узнал подробности. Ему сказали, что принято такое решение, и через десять минут оно будет озвучено во всей мировой прессе.

 

"Якушев - монстр эпохи коммунизма". 10 лучших игроков Суперсерии-72

– Эмоции сильные?

– Конечно. Мы после тренировки сидели за столом, и тут как раз Роман пришел и всем сообщил о случившемся. Были и аплодисменты, и поздравления от команды. А мое главное чувство – это, конечно, гордость в первую очередь за наш хоккей. У нас в Советском Союзе была великая команда. И награда эта – не только мне, но и нашему хоккею, и нашей стране. Как бы пафосно ни звучало, но это действительно так. Хоккей – командная игра, не индивидуальный вид спорта. И без классных партнеров ты никогда не покажешь хороший результат.

– Как отреагировала жена Татьяна?

– Очень обрадовалась, поздравила и даже поцеловала (улыбается).

– На награждение собираетесь вместе?

– Конечно!

– Туда еще кто-то собирается из наших прославленных хоккеистов?

– Хотел бы видеть в Торонто Алексея Касатонова, Вячеслава Фетисова, Павла Буре, Игоря Ларионова…

– Кстати, Ларионов – единственный европеец в комитете из 18 человек по избранию новых членов Зала славы. Как думаете, насколько большой была его роль в вашем приеме?

– Думаю, что Игорь благосклонно ко мне относится. Даже уверен в этом. Но там такая сложная система избрания, что при голосовании "блатные" варианты не проходят. Только если заслуги человека неоспоримы, и это признает подавляющее большинство членов комитета, его кандидатура может пройти ("за" должны проголосовать 75% голосующих, но не менее 10 голосов, – Прим. И.Р.).

– Вы когда-нибудь были на торжественном приеме в Зал славы кого-то еще из наших знаменитых хоккеистов?

– Да, когда в 2015 году туда вводили Сергея Федорова. Атмосфера была очень торжественной. Видно было, как горды все номинанты. Это просто здорово! Считаю, что если у киношников есть премия "Оскар", то у хоккеистов – это как раз Зал славы в Торонто. Такую параллель можно провести.

Александр ЯКУШЕВ. Фото Александр ВИЛЬФ

 

Бродер, Гончар или Михайлов? Кто попадет в Зал славы в 2018 году

– Ваш заокеанский друг Фил Эспозито еще не поздравлял?

– Нет еще (смеется). Надеюсь, это впереди.

– Можете сравнить ощущения с избранием в Зал славы ИИХФ в 2003 году?

– И то, и другое, конечно, очень важно. Но все-таки общепринято, что избрание в Зал славы в Торонто считается премией номер один. А сам Зал – хоккейным музеем номер один.

– После 1972 года часто бывали в Северной Америке?

– Довольно часто, в том числе и после окончания карьеры. Ездили и с ветеранами, и отдельно. Был в том же Торонто и на введении в Зал славы Федорова, и на Кубке мира 2016 года, в Ванкувере – на подъем его майки и увековечении номера Паши Буре.

– Всю карьеру, за исключением последнего ее кусочка в Австрии, вы провели в одном клубе – "Спартаке".

– Да, 17 сезонов.

– Насколько для вас важна такая преданность одной команде – такая же, как, например, у Мориса Ришара, Ивана Курнуайе, Жана Беливо, игравших только в "Монреаль Канадиенс"?

– В наше время такая спортивная биография не была редкостью. Это сейчас есть много хоккеистов, которые меняют команды чуть ли не каждый год. Преданность одной команде, считаю, очень важна – как для самого игрока, так и для клуба. Это и болельщики любят, а для кого мы играем, если не для них? А для меня как человека, болевшего за "Спартак" с самого раннего детства, их теплота очень важна.