Вратарь бросил КХЛ и уехал в Финляндию. Там теперь платят почти так же, как у нас

«Спасибо хейтерам, без них я бы не доиграл до такого возраста». Андрей Марков — о завершении карьеры

Не боюсь конкуренции

— Следующий сезон вы проведете в Финляндии. Почему не остались в «Салавате Юлаеве», ведь клуб предлагал продлить контракт?

— Посчитал нужным что-то поменять в карьере. Мы давно вели переговоры об обмене, появлялись какие-то варианты, но руководство их отметало. Я же со своей стороны четко решил, что не буду продлевать соглашение, не хочу оставаться в Уфе еще на два сезона, а именно на этот срок предлагали квалификацию.

— Но почему?

— Играть в команде, где у основного вратаря Юхи Метсолы контракт еще на два года — не очень хорошо для моего развития.

— То есть выбора у вас и не было — только отъезд?

— Ни один из вариантов обмена не устроил клуб, хотя было реальное предложение из какой-то команды, мне даже фамилию хоккеиста называли.

— А что говорили в Уфе?

— Клуб заплатил за тебя большую компенсацию и не хочет терять деньги. Я ходил к руководству. Александр Курносов четко сказал, что рассчитывает мной закрыть позицию второго вратаря.

— То есть обмен Владислава Сухачева из «Трактора» для вас не стал удивительным?

— Нет, на этот шаг «Салават Юлаев» пошел после того, как я четко обозначил свою позицию.

— Почему Финляндия, а не Северная Америка?

— Рассматривал варианты в Европе. Была возможность поехать в Швецию, интересовался еще один финский клуб, но в ТПС работает Эркка Вестерлунд, который меня хорошо знает. Кроме того, тренер вратарей там Ари Мойсанен, известный по работе в «Ак Барсе» и «Тракторе». Для меня теперь главное вернуть игровые кондиции, ведь я очень мало играл. Плюс добавить в мастерстве. Уверен, что Ари сделает все, чтобы я прогрессировал.

— В ТПС есть возрастной опытный вратарь, безусловный первый номер, ну и молодежь.

— Вы знаете хоть одну команду, где бы не было вратарей? Конечно, у меня будет конкуренция, но я уверен в своих силах и ничего не боюсь. Провел в «Салавате Юлаеве» три года, но мне надо расти и развиваться.

«Салават Юлаев» уволил российского тренера и назначил неизвестного финна

Хотел играть даже с травмой

— Давайте поговорим об уфимском периоде. Нашел новость, что вы уже после первого сезона хотели покинуть «Салават Юлаев».

— Все разговоры были на уровне слухов, до определенной конкретики так и не дошло. Мне было не совсем понятно, зачем меня вообще приобретали у «Кузни»?

— Однажды вы отказались выходить на лед в матче за «Салават Юлаев».

— Очень сильно удивился, когда вы об этом написали. Такого не было, да и не могло быть. Я играл настолько мало, что каждая возможность выйти на матч была, как праздник. Например, в этом сезоне не покинул ворота, получив повреждение. Мне очень хотелось играть.

— С травмой играли?

— Доктор все сделал правильно. Резкая боль была первые секунды, а потом все прошло. Но это говорит о том, что и не могло быть случая, когда мне предлагали сыграть, а я отказывался.

— А еще мне рассказывали, что вы очень нервничали, раз за разом оставаясь вне стартового состава.

— Еще бы! Но явно это выражалось лишь в первый год. Я перешел из «Нефтехимика», где постоянно выходил на лед, и мне было очень трудно сесть в запас после перехода.

— Когда поняли, что впустую нервничать нет никакого смысла?

— Пожалуй, после первого сезона. Я очень много стал работать над своей психологией, старался не зацикливаться на проблемах и при этом много тренироваться. Стал общаться со специалистом, который мне сильно помог.

— Кто это?

— Очень хороший психолог, она работала с игроками из Северной Америки, мне ее агент посоветовал. Я убедился, что это помогает — меня поставили на нужные рельсы. Играл редко, но относился ко всем проблемам уже иначе.

— Я бы тоже обратился к психологу на вашем месте. Прекрасно помню ваш первый сезон в «Салавате Юлаеве», когда вы проиграли свои первые девять матчей из девяти.

— Трудный период. Конечно, и раньше проигрывал матчи в Новокузнецке, в Нижнекамске, но никогда не придавал этому большого значения. А тут перешел в новый клуб, да еще и достаточно сильный, и началось. Первые два-три матча еще прошли спокойно, а затем об этом стали говорить тренеры, болельщики, журналисты. Четвертое поражение, пятое. Все нарастало, как снежный ком. Но потом все прошло, как выиграл первый матч.

«Не было никакого желания работать с этими менеджерами и тренером». Участник самого громкого обмена в КХЛ о том, почему не заиграл в Америке

Историю про психологический тест Назаров придумал

— Мог понять, почему вы мало играли в сезоне-2018/19, там Юха Метсола блистал, а в итоге стал лучшим голкипером сезона. Но в этом году финн не выглядел человеком, который спасал игры. Почему вам не давали больше возможностей?

— Мне говорили, что если Юха провел неудачный матч, то в следующем ему все равно надо выйти на лед, так будет лучше для финского голкипера. Мол, ему надо реабилитироваться.

— Тяжело, когда приходится конкурировать с иностранцами?

— В Уфе тяжело. В «Нефтехимике» был вратарь-легионер, кого-то привозили в Новокузнецк, и это никогда не было проблемой.

— В «Нефтехимике» Андрей Назаров сказал, что вы провалили какой-то психологический тест и потому клуб с вами расстался.

— Не было никакого теста. Я потом разговаривал с Назаровым, он признался, что сделал такое заявление для болельщиков. Вы же его знаете. Он то департаменты какие-то придумывает, то еще что-нибудь в интервью скажет, лишь бы было весело. Смешно то, что мне потом этот несуществующий тест припоминали даже в Уфе. Вот, говорят, он проиграл матч, ведь еще Назаров говорил, что он не выдержал какое-то испытание. На самом деле, там все проще было. «Нефтехимик» заплатил какую-то сумму, чтобы я за них играл, а затем я должен был вернуться в Новокузнецк и подписал контракт с «Металлургом». Сразу же после заключения нового соглашения меня выкупили уфимцы.

— Не боитесь ли вы ехать в Финляндию?

— А чего бояться? В смысле хоккея я точно не переживаю. Немного беспокоит, как я вольюсь в жизнь в новой стране. Учу английский, хоккейные термины я знаю, надо над бытовым разговорным поработать.

— Вы будете получать маленькие деньги.

— Это неправда. Небольшая разница по сравнению с «Салаватом Юлаевым», учитывая курс евро. Плюс клуб предоставляет мне жилье, машину. Да и вообще вопрос денег сейчас для меня не главный. Я еду развиваться, прогрессировать и наслаждаться хоккеем.

— Если уехал в Европу, то потом трудно будет вернуться в КХЛ.

— Сомневаюсь. В КХЛ как раз едут ведущие игроки из Финляндии, Швеции, Швейцарии. Российские примеры я привести не могу, так как сходу и не вспомню, кто еще выступал в тех турнирах.

— Во время карантина вы часто выходите в прямой эфир в Instagram и отвечаете на любые вопросы болельщиков. Я пару раз послушал — максимальная откровенность.

— Да я бы не сказал, что в этом что-то удивительное. В основном меня спрашивали про будущее в «Салавате Юлаеве», но я отвечал уклончиво. Не говорю про личную жизнь. Но вообще не вижу проблемы в том, чтобы в таком формате общаться с болельщиками. Им интересно и мне тоже.