Одноэтажная Южная Африка

     КУБОК КОНФЕДЕРАЦИЙ-2009 с Александром Просветовым

     Рустенбург... Подозреваю, что в этом слове для среднестатистического русского сердца не отозвалось ровным счетом ничего. Что-то слышится немецкое, поскольку "бург". На самом деле это город на далеком для нас краю земли, в ЮАР, в сотне с небольшим километров от Претории и Йоханнесбурга. У него, как ведется, есть тезка в Европе - в Голландии. Но нас интересует как раз Рустенбург южноафриканский, который входит в четверку городов, принимающих Кубок конфедераций и которому через год суждено стать местом проведения шести матчей чемпионата мира, включая игру 1/8 финала. Официальной столице страны Претории доверили, к слову, ничуть не больше.

     Пока выберешься из Йоханнесбурга с его двумя с половиной миллионами населения и часто натыканными светофорами, пока отыщешь не только на карте, но и наяву нужное шоссе № 4, пока приостановишься на двух пунктах оплаты за пользование магистралью (изымут в общей сложности пару "евриков" в рандовом эквиваленте, так что цены совсем не кусаются), минует часа полтора, а то и два. Если, конечно, не превышать максимально допустимую на южноафриканских автострадах скорость в 120 километров в час, помня, что где-то притаились видеокамеры. И, наконец, взору предстает эдакая "одноэтажная Южная Африка".

     Фермерские города в ЮАР похожи на американские низкорослостью да незамысловатостью построек. Рустенбург, собственно, и был основан в середине позапрошлого века как сельскохозяйственный центр округи, в которой выращивали пшеницу, кукурузу, табак, цитрусовые, разводили скот. Среди тех, кто там обосновался, был Пауль Крюгер, будущий руководитель Республики Трансвааль, прославившийся в ходе двух англо-бурских войн как вожак сопротивления британской экспансии.

     В Претории на центральной Черч-сквер стоит памятник этой почитаемой африканерами (или бурами) личности, труженику и аскету, который утверждал, что читал в жизни только одну книгу - Библию и знал ее почти целиком наизусть.

САН-СИТИ СОВСЕМ РЯДОМ

     ...Едем с Франком Симоном из France Football по длинной улице Нельсона Манделы, великого борца с апартеидом, отсидевшего за свои убеждения 27 лет в тюрьме и избранного в 1994 году в результате первых в истории страны всеобщих многорасовых выборов президентом. А посему найти в Южной Африке что-либо названное его именем составляет такую же проблему, как натолкнуться на проспект Ленина в России.

     Останавливаться в Рустенбурге надолго туристам я все-таки не советовал бы. Денек-другой перекантоваться, конечно, можно. Кому-то, наверное, будет любопытно окунуться в юаровскую глубинку, но делать в этом городе гостю по большому счету в общем-то нечего. Впрочем, в получасе езды находятся, с одной стороны, знаменитый игорно-развлекательный комплекс Сан-Сити, с другой - заповедник Пилансберг, в котором много мелких частных кемпингов. Так что визит сборной России в эти края - а я верю, что она на ЧМ-2010 пробьется - очень даже неплохой вариант.

     Нельзя не заметить, что в Рустенбурге на несколько градусов теплее, чем в Претории, в которой, в свою очередь, в среднем более высокая температура, чем в Йоханнесбурге. Оно и понятно: город, выросший на добыче золоте, расположен на плато высотой в два с половиной километра, столица же пониже будет - примерно 1800 метров над уровнем моря. Африка и позитивный отзыв о тепле вроде бы не увязываются, но не забывайте: сейчас в южном полушарии зима, а по климату ЮАР соответствует югу Европы. Только в зеркальном отображении.

     ...Между тем мы все еще на рустенбургской улице Нельсона Манделы. Слева по курсу стадион. Виднеющиеся мачты с прожекторами не оставляют никаких сомнений. Сама арена вроде бы аккуратненькая, хотя и маловата. Но что за убогость кругом! Футбольные пустыри с перекошенными воротами, ни одной торговой точки и сборище видавших виды микроавтобусов. Выясняется, что этот стадион гордо зовется "Олимпией". Возле этого "не того Федота" устроен, с позволения сказать, паркинг. Посетителям предложено оставлять автотранспортные средства на пустыре и далее следовать на автобусах. Вот и вопрос на завтрашний день: что предложат организаторы гостям Рустенбурга во время ЧМ-2010?

КОРОЛЕВСКИЙ СТАДИОН

     Далее, легко преодолев приветливый полицейский заслон, увидели примостившийся под горной грядой поселок с типовыми, тесно прижавшимися друг к другу одноэтажными домиками, в которых, наверное, комнаты по три, не больше. Было бы похоже на дачное товарищество, если бы хоть какая-нибудь зелень присутствовала - деревце или клумба. Орнаментом, однако, служило только вывешенное на просушку белье.

     Указатель вскоре уведомил о въезде на территорию населенного пункта Фокенг. Вот она типичная Африка с ее красноватой глинистой почвой, хотя и достаточно благополучная. Никаких лачуг из жести да гофрированного железа. Из огромного колледжа высыпала толпа молодежи, все в одинаковой форме.

     Фокенг - исторический центр народа бафокенг, который в 1999 году отвоевал в судебном порядке 22 процента доходов от добычи платины на земле предков. Энциклопедия утверждает, что в районе Рустенбурга находятся два крупнейших в мире платиновых рудника, а также самое большое предприятие по извлечению этого ценного металла из руды. Неудивительно, что у местного муниципалитета хватает денег на содержание главного стадиона города, который, строго говоря, находится как раз в Фокенге. Перед Кубком конфедераций на этой арене лишь надстроили два ряда, чтобы она вписывалась в стандарт ФИФА: количество мест увеличилось с 38 тысяч до 42 тысяч.

     Когда говорят о 395 тысячах населения Рустенбурга, ссылаясь на перепись населения 2001 года, очевидно, учитывают примыкающие к городу поселки. При апартеиде существовало разделение - с одной стороны, белый город, с другой - черные и "цветные" (мулаты и метисы) пригороды. В целом оно сохраняется и сейчас, потому что в результате отмены "прописки" все, условно говоря, в Москву переехать не могут - остаются финансовый барьер, привычка, желание жить среди близких по крови, духу и т.п. Но административно примкнуть к большому городу предместьям было выгодно. Социальное развитие зависит от местной казны, а та - от объема собираемых налогов. Более высокие в целом доходы белых, таким образом, помогают вследствие объединения налаживанию жизни остальных.

     Наконец-то взору предстал стадион "Ройял Бафокенг", похожий издали на раскрывшуюся ракушку. Это из-за крыши, которая описывает полукруг над центральной трибуной, причем без помощи каких-либо мешающих обзору опор. Выход в секторы производится по узким элегантным мосткам. Текли бы внизу каналы - была бы Венеция. Вокруг газоны, а не полная пустошь, как на преторийском "Лофтус Ферсфелд" (хорошо еще дожди не идут - была бы грязь). Пресс-центр просторнее, чем на йоханнесбургском "Эллис Парк". Главный вывод: после "Эллиса", да и "Лофтуса" остается впечатление свежести. Потому что сколько ни наводи макияж, а "возраст" дает о себе знать. Забавно, кстати, что само название народа бафокенг можно перевести как "народ росы" или "народ свежести".

БДИТЕЛЬНОСТЬ  И ЕЩЕ РАЗ БДИТЕЛЬНОСТЬ

     Возвращаясь к "Эллис Парку", надо сказать, что он был построен еще в 1928 году как регбийный стадион. В 1982 году его перестроили "с нуля", как "Локомотив" в Черкизове. А в 95-м на нем сыграли финал Кубка мира по регби, выигранный сборной ЮАР, что уже сделало стадион легендарным.

     Историческую справку я почерпнул на официальном сайте ФИФА. Но там почему-то не сказано, что спортивных арен в "Эллис Парке" две! Регбийная и футбольная. Они втиснуты в жилые кварталы на манер старых английских стадионов, так что разобраться с подъездами и подходами не очень просто. Понятно, что, в конце концов, всех зрителей направляют в нужное русло, но на всякие поиски и брожение стоит закладываться.

     И еще один момент: центр Йоханнесбурга, эдакий южноафриканский Манхэттен, где расположен "Эллис", имеет не самую добрую репутацию. Белые люди, особенно с наступлением темноты - в июне уже примерно в полшестого - чувствуют там себя некомфортно. Дело не в возможных проявлениях расовой нетерпимости, а в обыкновенной личной небезопасности. А ведь матчи будут заканчиваться поздно.

     Иногда говорят: "Чепуха, мы гуляли, никто не трогал, прохожие даже улыбались". Правильно. Считать бандитом каждого встречного, даже если он плохо одет, паранойя. Хотя ей под влиянием рассказов местных жителей невольно в какой-то степени поддаешься. Да и нет дыма без огня.

     Перед матчем Италия - США в  Претории, стадион которой увидел свет еще в 1906 году и получил имя местного спортивного энтузиаста, у меня была договоренность об интервью. Собеседника надлежало ждать возле VIP-зоны. К ней меня легко пропустили через барьер. Зона, как выяснилось, была нужна другая, беседа сорвалась, но, когда я вздумал пройти обратно в соседний журналистский сектор, меня отправили описать петлю. Это как если бы в Лужниках вам сказали следовать снова к кассам и возвращаться по своему коридору, поскольку подходы к отдельным секторам обозначены высокими проволочными заборами. В толпе подтолкнул некий тип. Былой южноафриканский опыт заставил насторожиться. И не зря. С противоположной стороны в карман куртки молодой человек уже засовывал руку, которую я реально поймал! Там лежал диктофон, а не мобильный телефон, на который злоумышленник, наверное, рассчитывал. Но все равно было бы жалко и накладно. Излагаю это не хвастовства ради - вот, мол, какой я бывалый, а для напоминания: враг не дремлет. В том числе в Претории, которая в целом более спокойная, чем деловой бурлящий Йоханнесбург. Это в большей степени бурский город, и к иностранцу, который не выдает иноземное происхождение фанатскими принадлежностями или висящей на шее аккредитацией, сначала скорее обратятся на африкаанс, чем на английском.

     ...Покидая границы Рустенбурга, мы обратили внимание на некие горнодобывающие конструкции, расцвеченные огоньками, будто новогодняя елка. А вот и указатель. Ну конечно же, там ищут платину, которая, оказывается, нужна и футболу.