"Спартак" - ЦСКА: по справедливости

СОГАЗ – ЧЕМПИОНАТ РОССИИ. ПРЕМЬЕР-ЛИГА. 9-й тур.
"СПАРТАК" – ЦСКА – 3:0

Обозреватель "СЭ" подводит итоги главного дерби страны, обращая внимание на фигуры тренеров и ключевых исполнителей

Евгений ДЗИЧКОВСКИЙ
из Черкизова

Бывают дерби, красивые по форме. Случаются наполненные содержанием. Идеальный вариант – соединение того и другого. Энергетики и поэзии. Результата и смысла.

Этот матч – из таких, из глубоких. С подтекстами и обстоятельствами, заставлявшими думать во время просмотра. И о том, что видишь, и о том, что знаешь. Например, о потенциальной армейской усталости после Мюнхена. О спартаковской нестабильности. О якобы "подвисшем" Валерии Карпине. О свежем интервью в "СЭ" Леонида Слуцкого, в очередной раз подтвердившим интересное устройство его натуры.

Показалось, кстати, что на мюнхенской скамейке Слуцкий прожил едва ли не самые спокойные полтора часа в своей тренерской жизни. Минуты за три убедился, что "Бавария" – это космос, и притих. Жечь нервы впустую – занятие неправильное. Особенно в преддверии матча, где они точно пригодятся, причем в больших количествах.

И нервная система Карпина, не всегда доступная для постижения, наверняка не готовилась к простою в Черкизове. Если верить слухам о решающем для спартаковского тренера значении матча с ЦСКА, красно-белым требовалось побеждать на заказ. Когда играешь против чемпиона страны, задача, мягко говоря, трудная. Но Карпину, похоже, такие нравятся. Чем выше давление обстоятельств, тем его сложнее испугать или согнуть.

А вот задачу армейцев после первого тайма я бы приблизил к доктрине, которую активно проповедует тренер железнодорожников Леонид Кучук. Как выяснилось, ему особо милы матчи, где результат достигается вопреки соотношению сил на поле, и где победу надо высекать жилами, терпением, упертостью, убежденностью. Именно так складывалась для ЦСКА эта игра: соотношение сил весь матч было не в армейскую пользу.

Любопытен взгляд обоих тренеров на причины того, что случилось в Черкизове. Слуцкий после матча сыграл в Александра Матросова, закрыв тренерской грудью общую амбразуру. Валите, мол, все на меня: не подготовил, не обеспечил, не сумел. Хотя ведь было что сказать Слуцкому и про Хонду, и про защитников, и вообще. Разве что про Акифеева ничего плохого – одно хорошее.

А вот Карпин, также избежав конкретики, заметил: выполнили все, что задумали. И в этих словах не просматривалось того позерства, когда команда забивает благодаря великолепному дриблингу своей звезды, а тренер потом убеждает: это я так все организовал и обустроил. Нет, воскресный "Спартак" действительно играл по лекалам Карпина. И выиграл по ним же.

Что же конкретно было задумано? В первую очередь, сдвоенный центр Глушаков – Кариока. Куда чаще красно-белые практиковали треугольник, развернутый двумя углами вперед. А здесь крутанули его назад, расположив широким основанием к своим воротам, и лишь одной вершиной, то есть Костой, к чужим. Основание выжгло центр поля. Глушаков – ожидаемо, Кариока – за счет вдохновения. Бразилец словно начитался перед игрой российских газет. Мизерное количество передач поперек, быстрое начало атак, проникновение в чужие пределы и жесткий фейс-контроль в своих. Да еще и дальние удары, плотные и точные, заставлявшие Акинфеева демонстрировать свое яркое мастерство.

Помимо этого, Глушаков не забывал периодически превращать "Спартак" в трансформер. Трюк этот с приходом экс-железнодорожника Карпин отработал на пять баллов. То Глушаков здесь, то там, то бьет головой в упор, а то исполняет роль центрального защитника. И рождает это не только восхищение объемом проделанной работы. Столь осмысленная мобильность дарит "Спартаку" по меньшей мере двух лишних созидателей – крайних защитников.

Дмитрий Комбаров, забивший и отдавший, тому свидетельство. Он там дневал и ночевал, этот Дмитрий, на армейском правом фланге. И Паршивлюк охотно хаживал вперед, что одновременно усиливало центр либо Езбилисом, либо Хурадо, – по ситуации. Инсайды маневр знали не хуже защитников, потому и сдвигались-смещались, куда следует и когда следует.

Из того, чем еще взял армейцев "Спартак", хочется отметить более уверенного, чем всегда Песьякова, и центр защиты Макеев – Жоау Карлос. Играли они против способных вообще-то парней, и шансов этим парням предоставили немного. Почему? Слуцкий сказал – это он так все запустил. Но были в составе армейцев и другие слабые звенья, терзали их и прочие проблемы. Не только тренерская.

Конечно, ЦСКА не хватало Дзагоева. И не техники его или, к примеру, удара, а умения цепляться в центре за все, что шевелится. При Глушакове и Кариоке, когда он в порядке, Цауни с Вернблумом, а также ориентированного на атаку Хонды оказалось мало. Численное равенство не обернулось равенством игровым: игровой КПД спартаковской связки был выше.

В то же время таланты Тошича и Цубера раскрылись бы полнее, получи они поддержку от Щенникова с Набабкиным. И те пытались, честно говоря. Но так, что лучше бы они сосредоточились на чем-то одном. Простой факт: фланговый защитник Комбаров создал фланговому защитнику Набабкину массу проблем, причем в его, Набабкина, владениях. Наоборот эта фраза не работает: эффект от подключений армейца был не сопоставим с комбаровским.

А еще армейцам не хватило единства композиции. Тут Слуцкий прав – это его епархия. С одной стороны. С другой – любые затеи обязаны опираться на полезного Хонду, а не на такого, как в это воскресенье. Подняв над головой собственную технику, как стяг, японец пер с ним в чужие окопы, не замечая: там его уже ждут, а полотнище без ветра обвисло. Хонда терял мяч, но продолжал слепо верить в свою хитрость. Тем же отчасти грешил Тошич. Цауня ничем не грешил, поскольку влез в шкуру погрузчика роялей и вылезать из нее упорно не хотел. Да и не давали ему особо.

Итог: ЦСКА проиграл командно. И не в духе, не желании. Армейцы хуже играли в футбол в том смысле, который заложен в эту игру ее создателями.

"Спартак" же вновь очутился перед необходимостью решения сложнейшей задачи. Как удержать то, что было выплеснуто в это воскресенье на черкизовский газон, как похоронить проклятую нестабильность? Нащупано что-то важное. И уже не в первый раз. Но ведь уползало раньше сквозь пальцы, окаянное! А надо удержать. И это будет, пожалуй, посложнее, чем сделать ключевого игрока из Кариоки.