"Очевидное – невероятное". Адвокаты приступили к защите Кокорина и Мамаева

 

Кокорин и Мамаев выступят в суде в четверг

По схеме 5-4-1

Во вторник в Пресненском суде проходило уже десятое по счету заседание по делу Александра Кокорина, его брата Кирилла, Павла Мамаева и их общего друга Александра Протасовицкого. Предыдущие две с небольшим недели мы слушали государственного обвинителя Светлану Тарасову. Она вызывала свидетелей, их опрашивали, а вся страна виновато улыбалась – настолько странные и даже глупые диалоги доводилось нам слышать.

Во вторник свидетелей не было – у прокурора они закончились, хотя до заветной цифры 45, а именно столько было заявлено в первый день процесса, мы так и не добрались. Неопрошенными остались 12 человек. Двое из них – девушки, которые находились в компании футболистов в тот вечер. Одну девушку нашли, но сейчас она находится дома, во Владивостоке. Возможно, ее опросят в четверг по видеосвязи. Или вообще покажут суду в записи.

Пока же в процессе наступила вторая стадия: очередь адвокатов выстраивать линию защиты. Весь вторник прошел по схеме "5-4-1". Пятерка адвокатов стреляла по обвинению из всех оружий, четверка подсудимых поддакивала из "аквариума", а прокурор пыталась отбиваться. Забегая вперед, стоит сказать, что по крайней мере в юридической плоскости это Светлане Тарасовой кое-как удалось.

Забавно, что перед заседанием по нашему делу в том же зале принимали знаменитого Александра Захарченко. Экс-полковник полиции вошел в положение и попросил начать заседание с футболистами: "Я-то тренируюсь, я уже готов. А вот ребят бы побыстрее…", – шутил подсудимый. Два адвоката Захарченко не прилетели в Москву вовремя, поэтому его суд отложили до 15 мая.

 

Дело Кокорина и Мамаева. Показания девушки, с которой начался конфликт

Как защищают Кокорина

Защита Александра Кокорина, если ее сильно упростить, стоит на трех китах. Во-первых, это здоровье самого футболиста. Адвокаты Андрей Ромашов и Татьяна Стукалова зачитали несколько экспертиз и заключений по физиологическому и психическому состоянию подзащитного. В частности, предоставили записку от спортивного врача, который утверждает: "Возможен прогресс артроза коленного сустава с возможным завершением спортивной карьеры".

"На фоне длительного психического напряжения повышена чувствительность к оценке со стороны окружающих, – описывал психолог состояние Кокорина на день инцидента. – Существовало волнение перед матчем, утомление после выездного матча, отсутствие сна, нарушение спортивного режима. Вывод: вышеназванные факторы могли служить причиной спортивной агрессивности".

Во-вторых, адвокаты старались нарисовать образ Кокорина-мецената, который помогал детям-инвалидам, детским домам, серьезно больным. Из многочисленных писем и характеристик следовало: форвард "Зенита" тратил много денег на благотворительность, но старался держать это в тайне. "Он не просто спонсирует детей и других нуждающихся, он тратит личное время. То есть, делает это от души", – усилил эффект Ромашов.

Третий пункт программы защиты Александра Кокорина – обвинения пострадавшего, Дениса Пака, во лжи. Адвокаты считают, что Пак не только наврал в своих показаниях и в суде о корректности высказываний в адрес футболистов (Пак утверждал, что использовал слово "хамло"), но и сфабриковал сотрясение мозга. В качестве доказательства Ромашов привлек две экспертизы по видеозаписи: сурдопереводчика и специалиста АНО "Центр по проведению судебных экспертиз". Как вы понимаете, обе экспертизы – в пользу подсудимых.

 

Мать Кокориных показала видео из кафе перед ударом стулом Пака

Стукалова намекнула на вышестощую инстанцию

После активной фазы защиты Александра Кокорина в дело вступила Татьяна Стукалова. И вот здесь мы, наблюдатели за процессом, пережили самые странные полчаса за эти три недели. Стукалова поочередно зачитывала подписи под раскадровкой видео двух октябрьских драк и обращала внимание, что подписи совершенно не соответствуют действительноти. Кадр за кадром, минута за минутой.

Делала это адвокат для того, чтобы судья удовлетворила ходатайство о том, что данные доказательства приобщены к делу незаконно. Когда она это произнесла, единственное, что могла противопоставить прокурор – безумное возмущение. "Такое ощущение, что это программа "Очевидное – невероятное". Только где на кону стоят судьбы людей", – качала головой Тарасова. За время процесса это уже второе сравнение суда с телевизионным шоу, и это, кажется, неспроста.

Разумеется, судья ходатайство удовлетворять не стала, пообещав разобрать несоответствия по существу по время вынесения приговора. Вскоре она встала на сторону обвинения еще раз: Вячеслав Барик требовал исключить из доказательств все документы, которые были собраны оперуполномоченными по поручению следователей. Зачем адвокатам такой прецедент уже после заседания Стукалова объяснила корреспонденту "СЭ", слегка намекнув борьбу в вышестоящих инстанциях.

– Вы знаете, это было абсолютно ожидаемо, что ходатайства отклонят, – говорила она. – Вы должны понимать, что все не ограничивается одной инстанцией. Есть существенные нарушения и суд, думаю, это прекрасно понимает. Вы видите, что прокурор, скажем так, настаивает на тех моментах, которые есть в обвинительном заключении. Конечно, это будет не в пользу обвинения.

В среду суд дал участникам процесса дополнительный выходной. Александр Кокорин займется лечением колена – к нему допустили врачей "Зенита". Кроме того, все подсудимые встретятся со своими адвокатами в режиме тет-а-тет: уже в четверг им предстоит выступать в суде. И, бьюсь о заклад, это будет куда громче, чем очередной тур чемпионата России.

Суд Кокорина и Мамаева. Live!