Денис Колодин: "Если нам забили - виноват я"

     Корреспондент "СЭ" встретился с защитником "Динамо" и сборной России, досрочно завершившим сезон из-за тяжелой травмы.

     27 сентября  в матче с "Крыльями Советов" центральный защитник московского "Динамо" Денис Колодин получил разрыв связок левого голеностопа.

     - А можно ли было избежать травмы? - спросил я у капитана динамовцев Дмитрия Хохлова.

     - Конечно. От любой травмы можно уйти, если не вступать в борьбу. Правда, тогда это уже будет не футбол, а балет. Денис так поступить не мог. И вот за это его стоит уважать - за то, что он, не жалея себя, полностью отдается футболу.

     - Сейчас, мне кажется, он не в таком уж плохом настроении…

     - Когда приезжает на базу, то, как обычно, улыбается и шутит, однако по глазам видно: он не в своей тарелке. Завершается сезон, команда делает все, чтобы подняться как можно выше, и Денису, конечно, хочется быть вместе с нами на поле. Но это произойдет только в будущем году….

"ВОТ У АКИНФЕЕВА - УДАР!"

     Стоит упомянуть о Денисе Колодине, как все сразу вспоминают его фирменные дальние удары. И когда он в составе "Динамо" или сборной выходит на поле, то каждая его попытка поразить ворота - даже неудачная - вызывает аплодисменты.

     - Вот поэтому и расстраиваюсь, - сказал Колодин, когда я напомнил ему об этом. - Надо попадать и забивать. А я в матче с Голландией пробил сначала выше ворот, затем мимо, а потом так, что вратарь отбил. Да, летят мячи после моих ударов вроде бы хорошо, но какой от этого толк?  

     - Судя по вашим высказываниям, в этом футбольном компоненте главный ваш конкурент - Игорь Акинфеев…

     - Какой я ему конкурент? - мгновенно оживляется динамовец. - Мне до него далеко. Вот уж у кого действительно сумасшедший удар - с ним, по-моему, никто в мире не сравнится. Если бы Игорь бил по чужим воротам, то перекладины ломал бы! Поэтому, наверное, его к ним близко и не подпускают. Хорошо, что он вратарь, а то пришлось бы по пять ворот за игру менять.

     - Вы много работаете над точностью удара?

     - Да, после тренировки обычно остаемся, чтобы побить по воротам. И как раз перед матчем в Самаре почувствовал: удар у меня пошел. Бью - мяч летит если и не в "девять", то где-то рядом. И вот - сломался... Я был уверен, что со мной ничего подобного случиться не может. Думал, я "неломающийся" футболист. Оказалось, нет. Одна травма - и сразу надолго.

     - Нет опасений за вашу спортивную судьбу?

     - Для начала мне назначили шесть недель проходить в гипсе. Вот когда начну восстанавливаться, тогда, наверное, и возникнет страх того, что травма может стать хронической.

     - До этого в вашей жизни случались события, из-за которых приходилось испытывать страх?

     - Да, когда играл в "Крыльях Советов". Долго был за рулем, задремал на трассе - но что-то вдруг заставило меня открыть глаза. Смотрю - на меня едет "Волга"! Я потом вышел из машины и, наверное, полчаса приходил в себя…

"ДАСТ СЛУЦКИЙ "ЛЕЩА" В ПЕРЕРЫВЕ..."

     Готовясь к беседе с Колодиным, узнал, что в его родном Камышине в свое время побывали Разин, Пугачев, Ермак.

     - У вас в роду казаков не было?

     - Нет, наверное. Мама, она работала продавщицей, из Белоруссии, а отца я не помню и даже не знаю, жив ли он. Когда мне было года два, мама во второй раз вышла замуж. Ее мужа я и считал отцом, а о том, что он мой отчим, узнал только после его смерти. Я и относился к нему как к отцу. Его кончина стала для меня трагедией.

     - Где вы жили?

     - В общаге. У нас там была комната.

     - Вы, наверное, целыми днями на реке пропадали…

     - А что еще делать? В футбол поиграли - и на Волгу, поплавать, порыбачить. Хотя рыбы почти не было: закинешь удочку - а там только маленькие пескарики.

     - А почему из всех видов спорта выбрали  футбол?

     - Так выбирать было не из чего. Самой большой популярностью в городе пользовалась футбольная команда "Текстильщик", на матчи которой ходили все. Ну и во дворе мы целыми днями мяч гоняли: о компьютерах в те времена никто из нас и не слышал.   

     - С чего начался ваш путь в спорт?

     - С того, что к нам в школу пришел тренер ДЮСШ Владимир Владимирович Зорков и отобрал из нашего класса четверых человек 82-го года рождения.

     - В футболе, наверное, научить можно далеко не всему?

     - Естественно. У кого-то есть талант, чувство мяча, еще что-то, а у кого-то - нет. Если в футбольную секцию придет этакий дровосек на прямых ногах и скажет, что хочет играть в футбол, его вряд ли возьмут. Сначала надо проявить способности во дворе.

     - Слышал, вы в детстве особым трудолюбием не отличались…

     - Тренироваться по субботам и воскресеньям меня было не заставить. Но иногда Владимиру Владимировичу это удавалось. А порой я и сам удивлял его - приходил, скажем, с утра, когда тренировались вратари.

     Однажды к нам приехали представители волгоградской "Олимпии" и предложили  съездить с ними на турнир. Отобрали троих, в том числе и меня. Те соревнования только мы и еще пара ребят, приглашенных из "Ротора", отыграли более-менее прилично. После этого тренеры "Олимпии" сказали: "Оставайтесь у нас". Но какой смысл оставаться в этой мертвой команде? Лучше уж играть в Камышине… Однако Леонид Слуций нас все же уговорил, и мы поехали в Волгоград. Мне тогда было то ли 12, то ли 13 лет.

     - И как же Слуцкому это удалось?

     - Он умный, образованный и очень общительный человек, в любой ситуации может найти нужные слова.   

     - Что вам больше всего запомнилось из общения с ним?

     - (Смеется.) То, что он меня лупил постоянно. Если плохо играю - в перерыве даст мне "леща", и после этого я сразу же забиваю. И в "Уралан" я отправился по его инициативе. Он поехал туда работать с дублем, а я - на просмотр. И Сергей Павлов меня там оставил.

     - Как вам жилось в Калмыкии?

     - Хорошо. Меня там все устраивало.

     - Неужели у вас никогда не было никаких проблем? Но так же не может быть…

     - А я многого не желаю. И все, что мне надо, получаю. Если, конечно, мечтать о  чем-то великом, многим будешь недоволен. Но так как мне ничего особенного не надо, то меня везде все устраивает.

     - Мне кажется, человек, который с 13 лет рос без семьи, наверное, как никто другой нуждается в настоящих друзьях…

     - Я никого особенно не искал, но друзья у меня есть в каждом клубе. Правда, их не так много.

"БОЛЬШЕ ТОРРЕСУ МЕНЯ НЕ ПЕРЕХИТРИТЬ"

     - Защитники и вратари часто испытывают чувство вины перед товарищами?

     - Я постоянно чувствую, что виноват перед командой. Если нам забивают гол - значит, в этом моя вина. В нынешнем году это бывало часто. Такой уж сезон получился - двоякий, что ли. За сборную я играл хорошо, а за клуб - плохо.

     - Андрей Кобелев говорит, что вы чересчур придирчивы к себе. А может быть, на вас слишком действуют критические замечания, даже несправедливые?

     - Наверное, действуют. Не знаю только, в какую сторону...

     - Но настроение-то они могут испортить?

     - Могут и испортить, а могу их и мимо ушей пропустить. Все зависит от того, кто и как критикует.

     Вспоминая чемпионат Европы, Колодин говорит не о своих удачах, а об ошибках, которые допустил в первом матче с испанцами. И, кажется, до сих пор не может их себе простить:

     - Я и сейчас не могу понять, как Торрес забил нам первый гол. Он бежал один в один, и я уже догнал его. Он начал меня обыгрывать, отпустил мяч, и я его перехватил. Хотел касание сделать во фланг. Торрес вроде бы остановился, а потом резко выбросил ногу… Не ожидал, что он так хитер. Даже пробежал еще пару шагов: думал, мяч туда покатится. Не покатился. И счет стал 0:1.  

     Четвертый гол - тоже на моей совести. Мне сбросили мяч, я вижу, Анюков стоит. Отдал ему пас, а он отвернулся и бросился к Вилье. Метров пять пробежал... А чего его ловить, если мяч у нас? Я крикнул Анюку, но он не успел среагировать, Вилья мяч перехватил, и мы получили еще один гол, хотя и из офсайда.

     - В одном из интервью вы сказали, что на чемпионате Европы быстро учишься. Вы весь курс обучения у Фернандо Торреса прошли или он мог бы вас научить еще чему-то?

     - Больше он меня ничему не научит. Я тогда понял: в таких матчах не надо ничего особо выдумывать. Если мы еще раз встретимся, вряд ли ему удастся меня перехитрить. Играть против него я буду спокойно.

     - Вы можете посмотреть на себя со стороны? Как если бы были тренером?

     - Не раз об этом думал - и ничего не придумал. Глазами тренера взглянуть на себя не могу.

     - А как оцениваете свою игру, просматривая записи матчей?

     - Вижу только плохое. Иногда кажется, что сыграл хорошо, но когда начинаешь смотреть, обнаруживаешь: здесь не туда побежал, а там простоял, хотя надо было сделать рывок. Тренеры об этом не говорят, видимо, жалея нас, но я-то свои ошибки вижу.

     - Таким самоедством можно себе и навредить.

     - Бывает, конечно, и так: получится что-то хорошее - и начинаешь мусолить с друзьями этот момент: "Ты видел, что я сделал? Как сыграл?" Но нас еще Слуцкий учил: хорошо играть надо в течение всего матча, а не только фрагментами.  

     - Вы постоянно думаете о футболе?

     - Естественно. Особенно когда ничего не делаешь. Недавно мне даже приснилось, что я в отпуске играю в футбол и что левая нога у меня в полном порядке. А бывает, снится что-то невероятное - будто играешь где-нибудь в "Реале". Все у тебя получается, всех обыгрываешь… Думаешь: неужели это я? И просыпаешься.

     - А в реальности можете представить себя в зарубежном клубе?

     - Могу, но с трудом. Особого желания уехать у меня нет.

     - То есть из "Динамо" не уйдете?

     - У меня контракт еще на два года. После травмы вряд ли стоит куда-то рыпаться. С костылем меня никто не возьмет. Разве только какая-нибудь параолимпийская команда.

"ТО ЛИ Я СДАЛ, ТО ЛИ ДРУГИЕ СТАЛИ БЫСТРЕЕ..."

     - Вы начинали как нападающий, но в итоге стали защитником. Почему?

     - От безысходности. В Камышине я играл и нападающим, и под нападающими. Забивал пачками. На каждом турнире меня признавали лучшим бомбардиром, и все было хорошо. Но потом отчего-то заболело правое колено. Решили, что мениск, отрезали что-то там, а оно снова заболело. И опять все расковыряли….

     Потом я очень долго восстанавливался. Тогда ведь было не как сейчас: вырезали - и пошел. Полгода пропустил. За это время мои сверстники выросли и в прямом смысле слова, и как футболисты. А я как был метр шестьдесят, так и остался. Какой из меня нападающий? Мне защитники "пендос" сунут, и я улетаю... Слуцкий говорит: "Все, ты восстановился, вставай в полузащиту". В средней-то линии габаритные игроки не нужны. Поехали на турнир в Питер, и там меня назвали лучшим полузащитником. А потом в "Олимпии" сломались оба центральных защитника, и Слуцкий, который всегда говорил, что я универсал и могу заткнуть любую дыру, определил меня в центр обороны. В "Уралане" я был стоппером: в те времена применялась такая схема - трое в защите, а перед ними стоппер, действующий персонально. В "Крыльях" стал центральным защитником. Правда, иногда Гаджи Гаджиев ставил меня в середину. И в сборной я тоже играл полузащитника.

     - А когда стали прибавлять в росте?

     - Лет в 17, наверное.

     - И какой он у вас сейчас?

     - 185 сантиметров.

     - Мне кажется, в обороне вы действуете с быстротой нападающего.

     - Я тоже считал себя довольно быстрым, а теперь с каждым годом двигаюсь все медленнее. Не знаю - то ли я сдал, то ли другие стали быстрее.

     - А кто из игроков вашего амплуа вам больше всего нравится?

     - Сейчас в "Челси" неплохо играет Карвалью. Но ведь как мы обычно оцениваем футболистов? Своих игроков ставим ниже мировых звезд. А когда встречаешься с этими звездами на поле, то понимаешь: ничем особенным они не отличаются. Но так как я с "Челси" не играл, то мне по-прежнему кажется, что Карвалью очень сильный защитник.     

     - Случалось ли вам на поле делать то, чего сами от себя не ожидали?

     - Да. В Элисте играем с "Зенитом", счет 1:1. И в этот момент получаем право пробить штрафной. До ворот метров 30. И вдруг Малафеев говорит своим: уберите, мол, стенку. А я стою в центре поля рядом с Кержаковым, которого должен держать персонально. И вдруг слышу: "Денис! Иди сюда! Бей!" До ворот метров 30. Я разбегаюсь с того самого места, на котором стоял, - и забиваю. Сам не ожидал! До этого я за "Уралан" штрафные не бил.

     - А хоть раз случай вам в карьере помогал?

     - Наверное. До поездки в "Уралан" я две недели был на просмотре в "Крыльях Советов", но меня не взяли. Через неделю поехал в "Уралан" - и там меня оставили. Потом узнал, что мы с Павловым земляки, и когда он узнал, что я тоже камышинец, сразу решил заключить со мной контракт. Вот и получается, что случай постарался.

     - У вас есть ощущение, что над нами есть что-то высшее?

     - Да, что-то есть. Чувствуешь это за спиной...

     - А то, что на чемпионате Европы в матче с голландцами вам сначала дали красную карточку, а потом отменили, - тоже счастливый случай?

     - Не знаю. Мне показалось, что мяч ушел, но голландец его достал и отскочил метра на два. Потом сделал проброс, а я прыгнул, чтобы накрыть мяч - но не в ноги ему, а рядом; голландец же перепрыгнул через меня и с криком повалился на землю. Мне дают вторую желтую карточку. Я говорю судье: "Посмотрите! Мяч ведь уже ушел…"  И он в итоге признал, что ушел.

     - Центральный защитник должен, помимо прочего, руководить партнерами. Наверное, нелегкая обязанность?

     - На поле и так устаешь, а тут еще надо кричать, давать советы. Когда сил много, можно, конечно, и подсказать. Но надо почувствовать, что именно. Если неправильно подскажешь, тебя потом никто слушать не станет.

"ГУС НИЧЕГО НЕ ГОВОРИТ ПРОСТО ТАК"

     -  "Найдется мало людей, которые хотят, чтобы над ними кто-то был, - гласит один из современных афоризмов,  - так как все, кроме ангелов, время от времени роняют на головы находящихся внизу что-нибудь неприятное". А вот у футболистов сборной России, похоже, нет ни малейших претензий к Гусу Хиддинку. В чем же состоит его главное достоинство?

     - В том, как он относится к игрокам. Гус внушает тебе веру в то, что ты можешь выиграть. А когда он заставляет что-то делать, ты  не сомневаешься в том, что это необходимо и поможет тебе стать лучше.  

     Вот, например, какой-то другой тренер говорит тебе: "Беги, выполняй тест Купера". Ты пронесся, не понимая и не чувствуя ничего, кроме того, что из тебя сделали обезьяну и что ты устал. И какая польза от такого упражнения? А когда Гус проводит тренировку, то ты бежишь, абсолютно уверенный в том, что это тебе обязательно поможет. Мы уважаем Хиддинку, потому что он никогда и ничего не говорит просто так.

     Если ты в чем-то провинился, Гус не станет тебя отчитывать. Он переведет все в шутку, но в ней будет такой подтекст, который подействует сильнее любого выговора. Вот засекли кого-то из ребят в ночном клубе - Хиддинк не стал их распекать, угрожать отчислением. Сказал только: мол, прежде чем туда ходить, вам бы танцевать не мешало научиться.

     - Денис ни в жизни, ни на поле никогда не играет на публику, - говорит Хохлов. - С ним всегда просто и легко, потому что это открытый человек. Не будет финтить, юлить. Или скажет всю правду, или промолчит. И если кому-то потребуется помощь - обязательно поможет, причем не афишируя. У нас так принято. Если ты в состоянии кому-то помочь, ты просто помогаешь, и все…

     О том, что Колодин подарил своему первому тренеру машину, я узнал не от него, а из газет. Когда я спросил Дениса, правда ли это, он сказал, что в этом нет ничего особенного: подарки первым тренерам делают многие.

     - Но вы и форму для одной из камышинских команд привозили, и мячи для ДЮСШ-2. Видимо, деньги для вас не самая большая ценность?

     - Пока они у меня есть. А что будет дальше - кто знает? Может, когда они закончатся, я за копейку порву любого. Но сейчас у меня стабильная зарплата, да и вообще все стабильно.  

     - Зато раньше судьба поводила вас по разным клубам...

     - Такова уж  жизнь футболиста. Некоторых игроков она водила еще больше.

     - Сегодня же "Динамо" трудно представить без Колодина.

     - Не знаю. Но если бы я плохо играл, то, наверное, сидел бы на скамейке, как при Вортманне, когда за "Динамо" выходило 11 иностранцев. Цирк получался какой-то: в клубе я не играл, а в сборную меня почему-то вызывали. Я не знал, как сложится моя судьба в "Динамо", а других вариантов продолжения карьеры не было, и это, конечно, меня напрягало.  

"МЕНЯ НЕ ТАК-ТО ЛЕГКО ЗАВЕСТИ"

     - У вас тогда даже был конфликт с кем-то из португальцев, кажется, с Манише…

     - Негатив накапливался постепенно. Мы проигрывали, а португальцы вели себя на тренировках как боги. На душе накипело, и в конце концов возник конфликт.

     - Неужели до драки дошло?

     - Да нет, потолкались - и все. Меня не так-то легко завести.

     - Но девушкам-то, наверное, это удается…

     - Да нет.

     - А если какая-то вам понравится, станете прилагать сверхусилия, чтобы завоевать ее расположение?

     - Только если возникнет что-то нереальное - любовь с первого взгляда, например.

     - Вы удовлетворены своей внешностью?

     - Сейчас многие делают пластические операции, и мне тоже хотелось бы что-то изменить. Но к хирургу в надежде превратиться в Алена Делона не побегу.

     - Кем бы вы могли стать, если бы не футбол?

     - В хоккей бы пошел или в баскетбол, но там длинным надо быть... А может, вышел бы на сцену как певец или гитарист.

     - Играете на гитаре?

     - Хотел бы научиться, но лень.

     - А как вы предпочитаете отдыхать?

     - Лучше всего, конечно, с компанией. Но от этого так устаешь, что потом нужно снова отдыхать. Я раньше и из Самары, и из Москвы летал к друзьям в Волгоград. Вечер проводил с ними, а в шесть утра улетал. Уставший, не выспавшийся, отправлялся из аэропорта на тренировку. И потом проклинал себя за то, что  летал в Волгоград. Ну а настоящий отдых начинался уже после того, как я после тренировки ложился в постель.

     Кобелев, конечно, был прав, говоря, что Колодин слишком критически относится к себе. Может быть, его надо чаще ободрять и похваливать?

     - В него нужно верить, - считает Хохлов. -  У него огромный потенциал, и за последние два года он здорово прибавил во всех футбольных компонентах. Когда в сборной Дениса не ставили в стартовый состав, он действовал не слишком уверенно. Но когда Хиддинк в него поверил, доказал, что умеет играть и по праву занял место в основном составе. Точно так же поверил в него и Кобелев. Если Денис будет ощущать эту веру, горы сможет свернуть.

     Андрей БАТАШЕВ