Саво Милошевич: "Готов скинуться на памятник Мостовому"

      В холле лучшего казанского отеля мы дожидались одного из игроков "Рубина". Милошевич сидел неподалеку - скучал со стаканом сока. До тренировки оставалось часа четыре - и знаменитый серб готов был, судя по выражению лица, так в баре их и провести.

      Выглядел Милошевич, откровенно говоря, не самым счастливым человеком на свете. В том же отеле квартирует московское "Динамо" по хоккею с мячом. Какой-то смуглый человек в динамовской тужурке, проходя мимо, трогал его за плечо: "Саво!" Милошевич улыбался чуть отстраненно. Мы подошли, представились - Саво обрадовался московским корреспондентам, как родным братьям. Примял в пепельнице сигарету.

      - Давно курите?

      - Давно. Но мало. Единственная моя дурная привычка.

      Первые полчаса Милошевич доброжелательно басил. Потом улыбка пропала - и не появлялась, пока мы не свернули интервью. Саво откинулся на спинку стула, нервно играя желваками. То ли устал, то ли еще что. Заставив нас вспомнить многое. И репортеров, которые подозревали в Милошевиче приличный звездняк, когда тот крушил рекорды за сборную. И случай с хоккейным корреспондентом Игорем Лариным, который завалил гостившего в Москве тафгая Тая Доми вопросами с подвохом. На очередном Доми сломался - встал и угрожающе двинулся к побледневшему Игорю...

      Слава богу, Милошевич не тафгай. Просто загадочный парень. От вопросов воротил нос, зато на прощание едва нас не расцеловал. Показал большой палец - молодцы, дескать. Охотно согласился позировать на фоне стадиона - ледяной ветер со стороны Казанского кремля его не испугал.

      Когда заводили разговор о преклонных футбольных годах - Саво качал головой недовольно: уж лучше бы расспрашивали о деньгах. Вопросы о деньгах его не задевают, кстати говоря. Только смешат. Кто-то высказал предположение, что будет получать в Казани звездный легионер 200 тысяч евро в неделю. Милошевич почти обрадовался: "Вы, наверное, думаете, что я - Роналдо?"

      С физическими кондициями у этого ветерана полный порядок. Всякий в Казани готов рассказать заезжему корреспонденту, что по результатам тестов Милошевич стал вторым после Сибайи. Бывалого форварда, которому в сентябре стукнет 35, характеризует это с прекрасной стороны. С какой стороны характеризует его нынешних партнеров - догадайтесь сами...

      СОГЛАСЕН НА ДЕСЯТЬ ГОЛОВ

      - Онопко и Мостовой, ваши приятели, были уверены, что вы завершили карьеру. Получается, ошибались?

      - Как видите. И не только они так думали - но я-то не сомневался, что обязательно вернусь на поле. Я находился в Белграде, тренировался изо всех сил. Даже мысли не было заканчивать.

      - Чем занимались последние полгода?

      - Устроил себе отпуск. Отдыхал от игр - но не от тренировок. У вас давно был отпуск?

      - Год назад.

      - А я пятнадцать лет не знал, что это такое! И месяца мне точно не хватило бы, чтобы соскучиться по футболу.

      - Как строился ваш день?

      - Я полностью принадлежал семье. Старался быть дома как можно чаще. Но и о работе не забывал. Специально нанял тренера по физподготовке, оплачивал его занятия из собственного кармана. И хотя был без команды, выполнял до мелочей все его указания.

      - Неужели не могли себе позволить просыпаться в полдень - и сидеть часами на балконе со стаканом махито?

      - Конечно, бывало всякое. И на балконе сидел, и просыпался поздно… Но - не каждый день.

      - Вы в самом деле верили, что вернетесь на поле?

      - Безусловно.

      - Если бы не "Рубин" с его предложением - где бы сегодня играли?

      - Вы полагаете, у меня было мало вариантов?

      - Много?

      - Арабские Эмираты, Греция, США… В Торонто успел съездить на переговоры, однако в последний момент вариант с MLS сорвался. Я не стал выяснять причину.

      - Что хотите сказать людям, которые в вас не верят?

      - Ничего.

      - Почему?

      - Что бы сейчас ни сказал - для них это будет пустым звуком. Они все увидят на поле.

      - Полгода вы не играли. Потом приехали в "Рубин" - и оказались вторым по итогам тестов после Сибайи. Удивились?

      - Вот! Это уже ответ тем, кто в меня не верит! Шесть последних месяцев я действительно пахал. Не будь у меня личного тренера, результат сегодня был бы совсем другим.

      - За эти полгода вы хоть раз играли в футбол?

      - Иногда поддерживал форму с командой "Рад" в Белграде. Да еще с друзьями играл три раза в неделю.

      - Почему отправились в "Рад", а не в "Партизан", первую свою команду?

      - Тут все не так просто. "Партизан" - большой клуб, но работает на перспективу. Я мог бы сейчас играть там, а в это время на "банке" сидел бы 20-летний парень. Это было бы неправильно.

      ПРЕМЬЕР-ЛИГА СИЛЬНЕЕ, ЧЕМ Я ДУМАЛ

      - Вы поменяли много стран и команд. Чем "Рубин" отличается от всех остальных клубов в вашей жизни?

      - Хотел бы я знать ответ на этот вопрос… Пока мне сложно ответить, я только-только вхожу в новый коллектив. Могу судить по первым двум матчам: российская премьер-лига гораздо сильнее, чем я думал. Борьба, борьба, борьба. В Европе об этом не подозревают - о русском чемпионате не пишут ничего. Я был поражен, до чего здесь физически крепкие футболисты. Это немножко пугает человека, который приближается к 35-летию… Хотя мне по душе сложные задачи. Справлюсь. Знаете, почему согласился на переезд в Казань?

      - Очень интересно.

      - Потому что меня хотел получить именно тренер. Это было главным во всех переходах - чтобы желание шло от тренера, а не от каких-то представителей клуба. Я бы на вашем месте спросил: зачем Милошевичу вообще нужно было продолжать карьеру, ехать в Россию, когда у него уже все есть?

      - Отличный вопрос придумали, Саво.

      - Просто я очень люблю футбол. Нигде не чувствую себя так хорошо, как на поле.

      - Многие ваши знакомые футболисты были шокированы решением отправиться в Россию?

      - Ни одного. Наоборот, все подбадривали - дескать, какой молодец. Если бы меня называли сумасшедшим - это были бы не друзья.

      - В раздевалке "Рубина" по именам знаете двух-трех игроков?

      - Чуть больше. Томас, Ребров, Ансальди, Хасан Кобзе… Еще знаю Шаронова. После гола "Локомотиву".

      - Вы сказали, что приглашал вас лично Курбан Бердыев. Звал, кажется, дважды?

      - Я, может, согласился бы и на первое приглашение - но в "Рубине" на моей позиции играл Паунович. Мой друг. С ним совершенно не хотелось биться за место в составе. Вот и отказался. Потом мне звонили из Казани раз пять. Причем слышал голоса разных людей - но все толковали о "Рубине".

      - Известный наш форвард Сергей Андреев прекрасно себя помнит 34-летним. Рассказывал: "Именно в эти годы почувствовал, что голова "бежит", а ноги - нет". Вам тоже 34 - ощущения иные?

      - Что вы хотите от 34-летнего футболиста - чтобы он летал по полю как юниор? Но мой опыт намного важнее скорости. Мне уже не надо бежать за мячом - я знаю, куда он отскочит.

      - Для заканчивающего футболиста всякий день рождения - маленькая трагедия. Самый грустный ваш день рождения?

      - Все это чепуха. 34 - замечательный возраст, мне очень комфортно жить. В моей душе мир, мне хорошо. У меня был только один печальный день рождения - в тот год, когда умерла мама. Это произошло восемь лет назад.

      - Чем сегодняшний Милошевич отличается от того форварда, который забивал когда-то за "Сарагосу"?

      - О, "Сарагоса" - это мой пик! Лучшие годы! У нас была потрясающая команда.

      - Тот же Мостовой сказал, что свои 15 голов за сезон в "Рубине" Саво непременно забьет. Александр не слишком многого требует от человека, который полсезона не имел практики?

      - Хотелось бы думать, что Мостовой не ошибается. Он знает, что говорит, - сам в 36 лет был примой "Сельты". Я вам могу это подтвердить.

      - 15 голов, которые после этих испанских рекомендаций от вас ждут, - большой пресс?

      - Громадный. Но вы, пожалуйста, не забывайте, что я 15 голов не обещал, это все Мостовой… Сам согласен и на десять - лишь бы "Рубин" в этом сезоне что-то выиграл. Слишком многого уже достиг я в футболе, чтобы радоваться только собственным голам.

      - Вам не понаслышке известно, что такое давление. В "Парме" вас постоянно сравнивали с ушедшим Креспо.

      - Любой легионер живет под давлением. В Англии оно было не слабее. Я к этому был готов. На это место можно было купить двух перспективных мальчишек, а взяли меня - и я летел из Белграда в Бирмингем четыре тысячи километров. Не просто же так?

      ПЛЕВОК В ФАНАТА

      - Фанаты "Астон Виллы" вам дали прозвище Миссошевич - от слова miss, промахиваться. Грубо говоря, звали вас "мазилой"…

      - Не забыл эти оскорбления. В Англии столкнулся и с национализмом. Знали бы вы, что мне приходилось выслушивать на стадионе только из-за того, что я серб. Скажу честно: за "Астон Виллу" я играл не хуже, чем за любую другую свою команду. Уровень держал. Поэтому не мог понять: что творится? Оттуда такая злость? А потом перестал реагировать на эти крики.

      - Ни разу не хотелось последовать примеру Кантона - и врезать фанату?

      - Врезать - нет. Но однажды в матче с "Блэкберном" с трибуны начали кричать что-то про Сербию - и я не сдержался…

      - Что сделали?

      - (Показывает язык.) Плюнул в сторону этой трибуны.

      - Попали, в кого метили?

      - Недоплюнул. Но от неприятностей меня это не избавило. Лига отстранила на два матча, а клуб потребовал, чтобы я покаялся перед фанатами.

      - Покаялись?

      - Не дождутся!

      - Дисциплина - ваша беда?

      - Судите сами: за всю жизнь я получил одну красную карточку в "Сарагосе".

      - За что?

      - За два предупреждения. Штрафы какие-то платил, но серьезных - не припомню.

      - В Испании и Италии с фанатами проблем не было?

      - Никаких. Я уже был опытным, гасил в себе злость. Кто-то из друзей дал совет: "В тысяче фанатов всегда найдется десяток сумасшедших, не обращай внимание…"

      - Что в английском быте вас особенно раздражало?

      - Все.

      - А точнее?

      - В Англии мне нравился только футбол. Остальное не воспринимал. Жизнь, пища, распорядок дня… Все - не мое. Так и не смог адаптироваться.

      - Нет ничего отвратительнее чая с молоком?

      - Чай с молоком - редкая гадость. К слову, единственное чисто английское изобретение. Своей кухни, мне показалось, у англичан нет. Вот Италия - это супер. Фантастическая и еда, и погода. Жаль, у команды не было результата.

      - Игравший в России Кавенаги на каждом шагу слышал о деньгах, которые за него заплатили. В Парме тоже твердили день и ночь про заплаченные за вас двадцать пять миллионов?

      - Мне не особо об этом старались говорить, но я и без напоминаний не выпускал это из головы. Огромное испытание. Страшнее, чем сравнения с кем-то… Давайте не будем о деньгах? Я ведь помню и другое: "Сарагоса" меня брала за четыре миллиона, а продала за двадцать пять. Но о футболисте, считаю, лучше говорят пятнадцать лет европейской карьеры, чем вчерашние контракты.

      - В "Парме" чувствовали себя несчастным?

      - Нет! Никогда такого не скажу! Не было в команде человека, который бы меня не уважал. Везде, где играл, двери для меня открыты. Нет ни одного клуба, в который меня бы не пустили. Хотя, чего скрывать, переход в "Парму" был ошибкой. Осознал это довольно быстро. Надо было оставаться в Испании… Слушайте, мы говорим уже полчаса - и ни один вопрос не вызвал у меня радости. Мне не нравятся ваши вопросы, ребята.

      ЖИВУ ПО БОЖЬЕМУ ЗАКОНУ

      - Тогда давайте о приятном, Саво. Был в вашей жизни матч, про который можете сказать: "Настоящее вдохновение"?

      - Вот это отличный вопрос. Вы удивитесь - таких матчей довольно много. Например, на Euro-2000 я забивал в каждой игре. Или взять финал Кубка английской лиги на "Уэмбли". Мы тогда 3:0 обыграли "Лидс", а я забил изумительный гол. Метров с двадцати пяти пробил по воротам - и попал!

      - Кассету с каким матчем ни за что не станете пересматривать?

      - Игру Аргентина - Сербия на чемпионате мира-2006. Наша сборная умудрилась проиграть со счетом 1:6. Это было какое-то наваждение. До сих пор не могу объяснить.

      - Вы играли против лучших защитников мира. С кем было сложнее всего?

      - Сейчас подумаю. Выделю, пожалуй, троих - Айялу, Каннаваро и Тюрама. Обыграть этих людей один в один невозможно.

      - Если что - оторвут ногу?

      - Нет. Они не грубые парни. У меня, кстати, не было серьезных травм. Наверное, потому что щитки хорошие.

      - Неужели вам никогда их не ломали?

      - Еще как ломали! Да сколько раз!

      - Вы повидали разных тренеров. Самый понимающий?

      - Арриго Сакки. Три месяца играл у него в "Парме". К сожалению, потом у Арриго начались проблемы с сердцем. Его уход расстроил всю команду. Сакки в "Парме" обожали. Мало кто из тренеров по-настоящему уважает игроков. Для него мы были не механические зайцы, которые должны носиться от ворот до ворот девяносто минут и выгрызать мячи в подкатах. Никогда не повышал на нас голос. На установках говорил медленно и старался настолько все разжевать, что даже тугодуму сразу становилось понятно, чего от него хотят. Для Сакки в футболе секретов не было.

      Затем "Парму" возглавил какой-то аргентинец. Забыл фамилию (это был Даниэль Пассарелла. - Прим. "СЭ"). Более странного человека не встречал. Едва он пришел в команду, как моментально усадил меня в запас, ничего не объясняя. Пять матчей я полировал лавку.

      - Как играла "Парма"?

      - Пять поражений подряд! И аргентинца, к моему облегчению, отправили восвояси.

      - В Испании полным-полно тренеров-фантазеров. Кто-то заставляет играть без мяча, кто-то, как Бенито Флоро, отрабатывает искусственный офсайд в центре поля… Вам такие оригиналы встречались?

      - К счастью, нет. Хотя в Испании действительно хватает тренеров, которые понимают футбол своеобразно. Но это все можно пережить. Зато играть в "примере" куда приятнее, чем в Италии. Атакующий футбол, много техничных игроков. Прекрасная лига.

      - Тем более вас приглашали и "Реал", и "Барселона".

      - Это правда. Шли переговоры, но что-то не срослось. Вспоминать ту историю, откровенно говоря, неохота.

      - Для вас это был сильный удар?

      - Тогда расстроился, а теперь ни о чем не жалею. Я и так добился в футболе того, о чем в детстве не мечтал. Кому-кому, а мне-то точно грех жаловаться. Я счастливый человек. Есть семья. Здоровье. Неплохо зарабатываю. Дай бог каждому такую судьбу.

      - Вашему знакомому Владиславу Радимову жена из суеверия запрещает говорить, что он счастлив. Что вам запрещает супруга?

      - Ничего. Разве что иметь любовницу…

      - Давно женаты?

      - Одиннадцать лет. Если же говорить о суеверии, то мне чужды предрассудки. Вера в Бога и суеверие не сочетаются. А я набожный.

      - Бразильцам здорово помогает Библия переносить психологические нагрузки. Это не ваш случай?

      - Я человек верующий, но не до такой степени, чтобы целыми днями читать Библию. Живу по божьему закону.

      СЛУЧАЙ НА ТАМОЖНЕ

      - С каким городом было особенно грустно расставаться?

      - С Барселоной, где я играл за "Эспаньол". Красивее города в мире нет.

      - Вот и прикупили бы себе там домик.

      - Нет. Мой дом в Белграде.

      - Война в Югославии коснулась вашей семьи?

      - Разумеется. Все наши мужчины ушли на фронт. Отец был ранен, чудом не погиб, а его брату пуля перебила позвоночник. Передвигается в инвалидной коляске. У брата матери тоже было тяжелое ранение. А сколько моих друзей погибло - не сосчитать. Для меня самый страшный день на войне - когда из Хорватии начали изгонять 300 тысяч сербов. Люди, которые много лет жили по соседству, вдруг оказались врагами. Казалось, мир сошел с ума.

      - Где вас застала война?

      - В Белграде. А в 95-м уехал в Англию.

      - Вы когда-то открыто выступали против своего однофамильца, президента Югославии. Участвовали в акциях протеста, играли в турнире по мини-футболу, который на площади Белграда организовала оппозиция.

      - И что?

      - Большого вы мужества человек.

      - Милошевич вел страну к краху. Пролил столько крови… Я не мог молчать. Хотя понимал, что у меня из-за этого могут возникнуть большие проблемы.

      - Возникли?

      - Обошлось. Моей семье никто не угрожал. Меня даже продолжали вызывать в сборную.

      - Ваша фамилия доставляла вам в Европе неудобства?

      - Как-то меня долго держали на итальянской таможне. Увидев в паспорте фамилию Милошевич, офицеры всполошились. Начали проверять, не родственник ли я президенту Югославии. Потом извинились и отпустили. Но я отнесся к этой истории как анекдоту. Милошевич - одна из самых популярных фамилий в нашей стране.

      - Если будете проводить прощальный матч, кто первым получит приглашение?

      - Драган Чирич. Он играл в "Партизане", "Барселоне", "Вальядолиде". Драган - мой лучший друг. С прочими кандидатурами определиться тяжелее. Среди моих знакомых достаточно классных футболистов. Да я пока и не решил, буду ли вообще устраивать прощальную игру.

      - Сами участвовали когда-нибудь в таких матчах?

      - Не довелось. Приглашали на благотворительный матч. Друзья Зидана играли против друзей Роналдо. Но приехать помешала небольшая травма.

      - "Золотая бутса" с чемпионата Европы - самая дорогая вашему сердцу награда?

      - Конечно! Храню ее дома, в Белграде. Любой форвард мечтает о такой.

      - Виктор Онопко в Овьедо гораздо популярнее, чем в Москве. А вам в каком городе шагу не дадут ступить?

      - В Белграде. Нахваливать самого себя нескромно, но там меня знают все. Наверное, потому, что провел больше всех матчей за сборную (101. К тому же Милошевич еще и лучший бомбардир сборной в ее истории - 35 голов. - Прим. "СЭ"). Что касается Онопко, то не удивлен его популярностью в Овьедо. В местной команде он на протяжении многих лет был самой яркой личностью. Настоящий боец. Я играл против него - и это было испытанием.

      - Мостовому болельщики "Сельты" собирались возводить памятник в Виго. Будь ваша воля, какому футболисту поставили бы монумент?

      - Зидану. Гений! Когда мы сталкивались на поле, всякий раз поражался его способности найти выход из любой ситуации. На поле Зидан был волшебником. При этом всегда играл на команду, а не на личную статистику. Вторым игроком после Зидана считаю Фигу. Тоже великий мастер.

      - Но и на памятник Мостовому вы бы скинулись?

      - А как же! Мостовой, на мой взгляд, игрок недооцененный. По таланту ему вполне по силам было играть в "Реале" или "Барселоне". И, думаю, там бы не затерялся.

      - Говорят, на свой первый гонорар в Англии вы купили новейшую модель "Мерседеса" - и несколько месяцев потом не могли разобраться с кнопками…

      - Все верно. Интересно, откуда об этом прознали в России? Только это был не "мерседес", а BMW. Довольно глупая покупка. Но меня можно понять. Приехал из обнищавшей, воюющей страны, где не было ничего. Стал прилично зарабатывать - и у меня, молодого парня, разбегались глаза. Выложил кучу денег за дорогую игрушку. Разобраться, как устроена эта машина, оказалось чертовски трудной задачей. Так до конца и не понял, для чего там нужна половина кнопок. И вскоре BMW продал.

      - Ваш давний партнер по сборной Предраг Миятович сегодня - спортивный директор "Реала". Вы играете в Казани. Наверное, с удовольствием поменялись бы судьбой?

      - Быть директором "Реала"? Ни за какие деньги!

      - Почему?

      - Слишком нервная работа. Колоссальное давление болельщиков, прессы. Чуть что не так - все шишки сыплются на спортивного директора. Не так растет трава на "Сантьяго Бернабеу": кто виноват? Миятович! В общем, Предрагу совершенно не завидую. Он давно закончил карьеру, а я еще поиграю.

      ***

      День спустя мы дозвонились до спортивного директора "Рубина" Рустема Сайманова. Узнали массу любопытных вещей.

      - Мы еще в прошлом сезоне хотели пригласить Милошевича, - рассказал Сайманов. - Но в тот момент, видимо, Саво не горел желанием ехать в Россию. А может, просто наелся футболом. Последние полгода он сидел без команды и, наверное, успел соскучиться по игре. Тут-то мы снова и вышли на него с предложением. Возражений не услышали. Просматривать Милошевича не было необходимости. Этого игрока все прекрасно знают. Достаточно было пройти медобследование и сдать тесты.

      - Чтобы звезда такого калибра поехала в Казань - надо завалить деньгами или красивыми словами?

      - Деньги тут не главное. Милошевич из той категории футболистов, которые не спешат заканчивать карьеру. По-моему, ему интересно играть в России. Новые чемпионат, новые эмоции… Мы постарались сделать все, чтобы Саво было у нас комфортно.

      - Мостовой от серба в этом году ждет 15 голов. Сколько ждете вы?

      - Не удивлюсь, если 15 и будет. Саво - большой игрок. Это заметно по первым тренировкам. И возраст ему не помеха. С "физикой", опять же, проблем нет. Так что форму должен быстро набрать. Кстати, Милошевич еще и в подыгрыше отлично действует. На днях видел на тренировке, как он с турком Гекденизом обсуждал какой-то игровой момент. "Ты, главное, беги в ту точку, - говорил Саво. - А я уж тебе выложу мяч, будь спокоен". Красавчик!

      - Убедились по общению с Милошевичем и Ребровым, что звезды - непростые люди?

      - Зря вы так. Оба адекватные, самодостаточные ребята. Никаких завышенных требований не выдвигали. Это с молодежью порой сложно договориться. Не знают, как себя вести, вот гонор в них и просыпается.

      - Возраст Реброва и Милошевича - серьезный был повод для сомнений?

      - Нет. Бердыев не боится работать с возрастными футболистами. Здесь критерий один - уровень мастерства. С этим у обоих порядок.

      - Уживутся они с Бердыевым, учитывая особенности его характера?

      - Уверен, все будет нормально. Курбан Бекиевич к молодым относится строго, а с опытными игроками и пошутить может, и посмеяться. Вот на нашем испанском сборе побывал Герман Ткаченко. И поразился: "Мне рассказывали, что Бердыев замкнутый, неразговорчивый. А оказалось - ничего подобного. Какая же у вас душевная обстановка на тренировках!" В "Рубине" иногда они и впрямь проходят очень весело. Скажу больше - такой теплой атмосферы в команде не было давно. Пожалуй, со времен бронзового сезона "Рубина".

      Юрий ГОЛЫШАК,

      Александр КРУЖКОВ

      Казань - Москва