У Максима Чудова накипело

     Чемпионат мира в корейском Пьонгчанге стал настоящим испытанием на прочность для российской команды. Произошедшие накануне главных стартов события изменили отношение биатлонной общественности к сборной. Напряжение буквально висит в воздухе и, кажется, еще сильнее "придавливает" российских спортсменов. Во вторник Максим Чудов в долгой беседе с журналистами жестко высказал свою позицию по ситуации в биатлонном мире в целом.

     - Что вы можете сказать в целом о результатах прошедшей гонки преследования?

     - Впервые за всю мою карьеру гонка преследования связана с таким множеством проблем: и ветер, и, как сказал, Оле Эйнар (Бьорндален), неправильная разметка трассы, повлекшая ошибки многих спортсменов, - приводит официальный сайт Союза биатлонистов России слова Чудова. - Очень неприятный момент заключается в том, что долго не могли принять однозначное решение по результатам соревнований. Сначала вынесли один вердикт, потом его отменили. И все это длилось очень долгое время.

     - Вы можете сейчас поздравить Бьорндалена с победой?

     - Я могу поздравить Оле Эйнара. Понимаю, что я был вторым в гонке преследования, этого не отрицаю. Он был сильнее, быстрее, он первым пересек финишную черту. У меня нет претензий к нему, как к атлету. Я всегда готов пожать ему руку. Он один из сильнейших спортсменов, профессионал с большой буквы. Нам есть, чему у него поучиться.

     Оле Эйнар приходил к нам в номер после гонки. Наша беседа длилась примерно полтора часа. Он остался при своем мнении, что он первый, более сильный и выиграл эту дистанцию. Я с этим согласился, претензий не имею. Но хочу сказать, что ошибки были. И допущены они не только им, но и другими атлетами. Я считаю, нет ничего плохого в том, что два лидера остались при своем мнении. Ситуация сложная, но прошу не раздувать это, как конфликт между мной и Бьорндаленом.

     - Вы признаете правильность судейского решения?

     - Если честно, я не могу осуждать решения жюри. Я - всего лишь простой атлет, который выполняет свою работу и не несет ответственности за какие-либо разбирательства. Но! Правила прохождения дистанции ведь были нарушены. Если не поднять этот вопрос сейчас и не разрешить его, то завтра, если мне захочется, я поеду мимо пирамидки или вдруг немножечко срежу трассу. Если мы оставим сейчас все как есть, что тогда ожидать в дальнейшем?

     Не думайте, что я таким путем пытаюсь выбить себе золотую медаль. Я просто твердый сторонник одной позиции. Если правила пишутся, то они должны выполняться, и никто не может их нарушать. Я хочу, чтобы атлеты, прошедшие дистанцию неправильно, были ответственны за это. Например, я сам как-то стрелял по чужой установке, и бежал 5 штрафных кругов. Хотя и отстрелялся на "ноль", но мне пришлось понести наказание за свою ошибку.

     В данной ситуации, я считаю, должна разбираться специальная коллегия. Это - не работа спортсменов. Ответственные лица пусть изучат правила и вынесут окончательный вердикт. Если решение будет не в мою пользу, я приму его. Уверен, что у меня будут не одна, не две и не три золотые медали, а намного больше. Я просто хочу, чтобы разрешили ситуацию. Мы все на взводе. И наше руководство, и мы сами. Надо окончательно расставить все точки над "и".

     - Вы считаете, что последнее принятое решение должно быть оспорено?

     - Я могу многое предполагать... Заявляю одно, нашу федерацию, у руля которой стоит очень сильное руководство, данное решение не устраивает. Я не хочу в это вмешиваться. Пусть они разбираются, выбирают методы, действуют, это - не мое дело.

     - Вы считаете, что ваша национальная федерация доведет дело до Арбитражного суда в Лозанне?

     - Думаю, да. Если федерация подала протест и не согласна с вердиктом, назад идти не стоит. Президент российского союза биатлонистов - не последний человек, он - один из первых. Нам повезло, мы гордимся им и уважаем его. И он займется этим вопросом.

     - Как вы относитесь к ситуации с допинговым скандалом в российской сборной?

     - Мне неприятно, что так получилось. Но еще более мне неприятно, что все сборные команды сейчас очень озлоблены по отношению к нам. Если проблема  в этой ситуации с допингом, это неправильно. Всегда надо оставаться людьми, а не отворачиваться. Не надо опускать глаза и игнорировать нас. Мы все работаем в жестком виде спорта, поэтому произошедшие события никак не должны влиять на общение между спортсменами. Если кто-то с этим не согласен, лучше скажите об этом здесь и сразу. Действительно, очень неприятно, когда идут разговоры за спиной. Не надо такого, когда один тренер ходит по коридорам и комнатам, собирает какие-то подписи против российской команды, чтобы убрать ее с чемпионата мира. Да, конечно, наша сборная может уехать с соревнований, но будет ли тогда биатлон также интересен и зрелищен, когда не будет соперников? И очень сильных соперников!

     - Вы говорили о том, как несправедливо поступают с вашей командой. Как вы считаете, а что российская сторона должна сделать, чтобы улучшить нынешнюю ситуацию?

     - Мы обсуждали эту проблему с Оле Эйнаром Бьорндаленом. Скорее всего, будет собрание либо в Тронхейме, либо в Ханты-Мансийске. На встречу придут капитаны или представители команд, и надо будет пообщаться и принять решение, как нам жить дальше. Это нужно и важно! Я считаю, что мы огромная семья, и в этой семье возни быть не должно!

     - В иностранной прессе прошла информация о том, что вы обвинили спортсменов из других команд в употреблении допинга?

     - Нет, все было иначе. В моем комментарии не было ни слова о допинге. Речь шла о крупных биатлонных державах в целом: Германии, Норвегии и других. Мои слова звучали так: вы думаете они на колбасках бегают? Но я не говорил про допинг. Поймите, это - большой спорт. Естественно все принимают специальные медицинские препараты. Вопрос в другом - запрещенные они или нет. Сами подумайте, как можно бегать на поливитаминах? Ни для кого не секрет, что и медицина на месте не стоит, все пользуются ее достижениями. Но это ни в коем случае камень в чей-то огород.

     - Ситуация с допингом повлияла на вашу подготовку к чемпионату и настрой?

     - Из-за всей этой нервотрепки я за последние двое суток спал всего 4 или 5 часов. Как вы думаете, это нормально?! Невозможно как задергали этими склоками. Я думаю, любой спортсмен меня поймет. Как можно в таком состоянии выступать и показывать результаты? Я сегодня сполна ощутил на себе все последствия. Шел по трассе и понимал, что ничего сделать ногами не могу! Но я все равно еще дерусь! Представляете, как я буду выступать, если буду спать, как положено?

     - Вы считаете три атлета, у которых обнаружен допинг, невиновны?

     - Без комментариев. Все вопросы по медикаментам, препаратам должны быть обращены к доктору. Я не могу знать, что именно применяли данные спортсмены.

     - Вы знаете, какие средства вам прописывают?

     - Конечно. Надо понимать четко, что ты делаешь и осознавать весь уровень налагаемой на тебя ответственности.

     - После допингового скандала шведские атлеты получают угрожающие письма. Они напуганы и боятся ехать на этап Кубка мира в Ханты-Мансийск. Сейчас Вольфганг Пихлер требует дополнительных гарантий безопасности от российской стороны.

     - Я не могу отвечать за нашу общественность. Люди, болельщики достаточно болезненно переносят сегодняшнюю ситуацию. Но могу сказать, когда взрослый человек, такой как Вольфганг Пихлер, идет на какой-либо нелицеприятный поступок, он должен осознавать последствия. Человек, идущий на убийство, понимает, какова будет расплата.

     Я уверен: российская сторона сделает все, чтобы провести соревнования на самом высоком уровне. Мы - выше всего этого. Нам не нужны склоки, мы же не бабы, в конце концов. С нашей стороны не будет никакого заговора. Я против ответных действий и сторонник уважительного отношения к людям. В свою очередь тренер Пихлер должен обдумать все, собраться с мыслями, проанализировать свое поведение и прийти и извиниться перед российской командой за все, что он сделал. Он должен сделать это именно здесь, на чемпионате мира.

     - Что вы сами думаете о тренере шведской команды?

     - Почему его сейчас здесь нет? Он бы мог высказать мне здесь все в лицо, как представитель общественности.

     - Вы считаете, что именно Пихлер действует за вашей спиной?

     - Он - точно не тот человек, который подошел к нам и попросил объяснений по ситуации. Зато он обошел множество других людей, собирал какие-то подписи. Делайте выводы сами.

     - Как вы считаете, Пихлер и шведская команда в праве рассчитывать на дополнительные меры безопасности в Ханты-Мансийске?

     -  Если они так боятся, я уверен, что организаторы соревнований пойдут им на встречу и обеспечат им охрану. У нас достаточно профессионалов, чтобы исполнить все на высшем уровне.

     - А как вы сами относитесь к этим угрозам? Вы поддерживаете их?

     - Если бы мне нужно было ответить на удар, то я бы сделал это по-мужски и по-русски. Никогда бы не говорил ничего за глаза. Просто бы вдарил разок. Я - очень горячий человек, и не надо будить во мне зверя!