Буре, которого мы теряем

В воскресенье в Ванкувере перед домашним матчем регулярного чемпионата НХЛ "Кэнакс" – "Торонто" прошла церемония поднятия игрового свитера Павла Буре. Он стал первым россиянином в истории НХЛ, который удостоился такой чести.

Игорь ЛАРИН

Это была трогательная церемония из серии тех, которыми славятся североамериканцы и которым мы, увы, только учимся. Под своды ванкуверской арены под овации 20 тысяч зрителей медленно поднимали свитер с десятым номером – и столь же медленно по щеке 42-летнего Буре катилась скупая слеза. А рядом в своем индейском национальном наряде сидел его лучший ванкуверский друг-телохранитель Джино Оджик – и тоже плакал…

Можно сколько угодно говорить о политике и удивляться тому, что самого зрелищного игрока в истории "Ванкувера" и, возможно, всей НХЛ увековечили в Британской Колумбии позже, чем канадскую трудовую лошадку Тревора Линдена (№ 16) или очередного вяловатого шведа Маркуса Нэслунда (№ 19). Можно жаловаться на то, что в "Кэнакс" Буре и Оджик всегда были отдельной партией – и не случайно только индеец, несмотря на хронические головные боли, вышел на торжественную церемонию. Или огорчаться тому, что на экране показали все ванкуверские суперголы Русской ракеты, но так и не вспомнили легендарные пять шайб в финском полуфинале Олимпиады-1998.

Нас, россиян, как мне видится, должно волновать совсем другое.

Как ни обидно это признавать, российское поколение звезд девяностых, которое, будьте уверены, намного талантливей последующих поколений, проявилось в основном в экспортном варианте и на узких участках. Буре штамповал в "Ванкувере" снайперские сезоны, Сергей Федоров бил северо-американские кубковые рекорды, Александр Могильный залезал в "Баффало" на Эверест 76 шайб, Владимир Малахов, обладая потенциалом лучшего защитника всех времен и народов, катался в Монреале на горных лыжах, продолжатель его "норрисового" дела Борис Миронов в Нью-Йорке ломал корреспондентские носы…

Огромная проблема в том, что сегодня весь этот генофонд на российский хоккей по большому счету не работает. И виной тому отнюдь не КХЛ, которая, наоборот, все последние годы россиянам из НХЛ пыталась давать преференции. Просто поколение, которое стало свидетелем исторического перелома в СССР и России, во многом стало жертвой этого переходного времени, если хотите, застряло между континентами.

Судите сами. Из сотни наших легионеров в НХЛ самую интересную и полезную для хоккейной России (но в то же время самую неблагодарную и рискованную) профессию тренера выбрали по большому счету только двое: Андрей Назаров и Дмитрий Квартальнов. Остальные (как, скажем, Малахов, сконцентрировавшийся на недвижимости) предпочли вообще отойти от хоккея или работать на спокойных участках. Как, например, партнеры Буре по имевшей все шансы стать легендарной тройке с Федоровым и Могильным.

В современной России спокойный участок – генменеджерский. Данный институт был создан при слепом копировании американских моделей и при полном отказе от наших традиций. Тасуй тренеров, находи правильные коридоры – и будешь в порядке.

Тот же Федоров, занявшийся в роли генменеджера ЦСКА сомнительными экспериментами, за короткий срок, увы, разменял свой статус легенды на курьезный лозунг "Сережа, верим" (здесь так и напрашиваются параллели с футболом и Валерием Карпиным, которому в один голос просит дать поработать в "Спартаке" вся армейская и динамовская Москва). Ну а Могильный, при всем к нему уважении, сегодня в "Адмирале" скорее в роли английской королевы.

Отличный шанс стартовать в России – пусть и в тихой менеджерской гавани – был и у Буре. Сначала в роли генерального менеджера олимпийской сборной России-2006, затем – в такой же роли в ЦСКА. Увы, обе супервозможности великий снайпер по большому счету не использовал: в первой роли был статистом, от второй и вовсе отказался. Хотя, не исключено, при Русской ракете сегодня с молодыми армейцами работал бы не Барри Бреннан и тем более не Хасан Саид, а, например, заслуженный тренер России, отец и учитель Павла – Владимир Буре.

Вот почему, наблюдая в эти выходные за плачущим в Ванкувере Павлом Буре, всплакнули, надеюсь, и в родном для него ЦСКА, и во всей России. По великому поколению, которое мы, делающие ставку на очередного Торчетти, теряем…