Релокация российского спорта в Азию снова стала актуальной. Визовые скандалы придают этому проекту новое звучание

Олег Шамонаев
Шеф отдела спорта
Паралимпийский комитет России может пополнить список спортивных структур нашей страны, сменивших континентальную прописку.

Президент Паралимпийского комитета России (ПКР) Павел Рожков подтвердил, что идут переговоры о переходе организации из европейского региона в азиатский. Причины — систематические отказы нашим атлетам в визах, негативное отношение и риски безопасности в Европе. Однако смена прописки не решит проблем всех 29 паралимпийских видов спорта: ими руководят более 20 международных федераций, и с каждой придется договариваться отдельно. При этом тенденция очевидна, и подобные решения в отечественном спорте сейчас обсуждаются не только в ПКР.

Визы важнее спортивных лицензий

«Практически вся Европа противодействует участию России в соревнованиях, особенно скандинавские страны, Польша, Германия. Они строят всевозможные преграды, отказывают в выдаче виз», — заявил Рожков РИА «Новости».

Международный паралимпийский комитет (IPC) восстановил права ПКР 27 сентября 2025 года. На зимних Играх-2026 в Италии российская команда впервые за долгое время выступила под своим флагом: шесть спортсменов завоевали восемь золотых медалей и заняли третье место в общем зачете. Но россиянам пришлось добиваться допуска через суды и преодолевать визовые барьеры на отборочных стартах.

На Паралимпиаде не обошлось без скандалов. После победы трехкратной чемпионки Игр по лыжным гонкам Анастасии Багиян и ее спортсмена-ведущего Сергея Синякина немецкие призеры Линн Кацмайер и Флориан Бауманн отвернулись от них во время звучания российского гимна и отказались от совместного снимка. На других награждениях фотографироваться с победителями не захотели чешская лыжница Симона Бубеничкова и ее ведущий Давид Шрутек.

«Мы туда ехали не для того, чтобы с кем-то фотографироваться, а чтобы бороться, соревноваться. Ну не захотели и не захотели», — комментировала случившееся Багиян в эфире телеканала «Россия 1».

С визами последствия оказались еще серьезнее. Летом российские гребцы-слаломисты пропустили молодежные соревнования в Польше: получить въездные документы команде не удалось. Осенью Нидерланды не выдали визы олимпийским чемпионкам по спортивной гимнастике Ангелине Мельниковой и Виктории Листуновой, а также чемпионке Европы среди юниорок Анне Калмыковой. Все они пропустили чемпионат мира в Роттердаме, где разыгрывались первые командные путевки на Олимпиаду-2028.

В начале ноября похожая угроза возникла у лыжников: Финляндия рассматривает ограничения на въезд россиян перед этапом Кубка мира в Руке, хотя Международная федерация лыжного спорта и сноуборда (FIS) в сентябре открыла им путь к нейтральному статусу. После решения Спортивного арбитражного суда от 30 октября о допуске российских хоккейных сборных шесть европейских федераций пригрозили бойкотом матчей. Премьер-министр Канады Марк Карни заявил, что российским хоккеистам не выдадут визы на молодежный чемпионат мира.

Так получилось, что спортивный допуск и право на пересечение границы сегодня находятся в разных юридических плоскостях. И с этим сталкиваются в том числе паралимпийцы — атлеты, которые в первую очередь пропагандируют волю к жизни, преодоление и мужество, а никак не политику. Спорт для людей с ограниченными возможностями исторически создавался для социальной реабилитации жертв вооруженных конфликтов. Однако нынешние визовые скандалы показывают, что западные политики не делают различий между спортом и политикой. А поводом для дискриминации стал сам факт гражданства России.

Маджид Рашед.
Фото Asian Paralympic Committee

Не все виды спорта подчиняются IPC

Переговоры нашей страны с Азиатским паралимпийским комитетом (АПК) идут давно. Весной Рожков сообщал, что стороны пришли к принципиальному взаимопониманию, а в сентябре президент АПК Маджид Рашед подтвердил приглашение на празднование 30-летия ПКР. Теперь российская сторона должна попытаться оформить переход, не потеряв уже заработанные квалификационные результаты на Паралимпиаду-2028.

«Надеюсь, что это случится в текущем году. Я бы хотел, чтобы это случилось даже завтра, потому что спортсмены хотят и должны соревноваться», — заявил Рашед в интервью ТАСС в мае.

Но здесь надо учитывать, что у паралимпийского спорта крайне запутанная структура. В летней программе Игр-2028 насчитывается 23 вида спорта, в зимней программе Игр-2026 было шесть. Непосредственно IPC управляет лишь пятью: паралимпийской легкой атлетикой, плаванием, пауэрлифтингом, пулевой стрельбой и следж-хоккеем. Для остальных дисциплин автоматический переход между континентами в случае релокации ПКР не предусмотрен.

За лыжные гонки, горнолыжный спорт и сноуборд отвечает FIS, за биатлон — Международный союз биатлонистов, за керлинг на колясках — Всемирная федерация керлинга. Свои федерации есть у настольного тенниса, велоспорта, дзюдо, баскетбола на колясках. Возвращение российского флага решением IPC не обязывает эти федерации менять собственные правила отбора и допуска, чем они, увы, порой злоупотребляют.

Особенно важен отбор на Паралимпиаду-2028 в Лос-Анджелесе. Спортсмен может набрать очки на европейских стартах, а после перехода в азиатские структуры столкнуться с другим порядком распределения квот. Рожков особо предупреждал о рисках для парапауэрлифтинга. ПКР согласовывает релокацию с профильными федерациями. Решение о вступлении должна принять генассамблея АПК, запланированная на 2027 год.

Но и в случае положительного решения визовая головная боль полностью не уйдет. Многие чемпионаты мира и этапы Кубка мира проходят в Европе и Северной Америке. Руководители ПКР уже ездили за американскими визами в Астану, а на Играх-2028 аккредитация не заменит разрешения на въезд в США.

«Это один из самых серьезных вопросов, который нам предстоит решить. Если делегация будет насчитывать более 300 человек, то представьте объем работы», — сказал Рожков в интервью «Матч ТВ» в октябре.

Фото Getty Images

Длинные перелеты вместо закрытых дверей

Главный плюс азиатского варианта — больше континентальных стартов, куда российскую сборную пустят без дискриминационных подходов. В большинстве стран Азии визовые процедуры, вероятно, окажутся проще. Хотя Япония и Южная Корея, которые в своей внешней политике в основном ориентируются на западный лагерь, могут стать исключениями.

С другой стороны, в некоторых дисциплинах, особенно зимних, уровень соперничества в Азии ниже европейского. Также добавятся длительные перелеты, пересадки, расходы на инвентарь и сопровождение паралимпийцев. Но дальний турнир лучше, чем его полное отсутствие. К тому же Россия занимает территории и в Европе, и в Азии, поэтому географическое обоснование перехода у нас имеется без каких-либо натяжек.

Примеры уже есть. Федерация шахмат России в 2023 году вышла из Европейского шахматного союза и присоединилась к Азиатской шахматной федерации. Российский футбольный союз тоже обсуждал смену конфедерации, но в декабре 2023-го остался в УЕФА. Хотя в том же футболе есть вполне успешные кейсы по релокации. Например, Казахстан в 2002 году перешел из Азии в Европу, а Австралия в 2006-м — из Океании в Азию. Израиль после многолетних политических бойкотов и разрыва с азиатским футболом стал членом УЕФА в 1994-м.

Отдельная история — клубные турниры. Российским атлетам постепенно возвращают индивидуальный и командный допуски (хотя, например, в олимпийской легкой атлетике и биатлоне тотальные баны сохраняются). Но полноценное возвращение клубов в континентальные кубки пока состоялось только в водном поло. В других командных видах перспективы туманны. В то же время переезд не перенесет наши клубы в азиатские кубки автоматически: финальные решения здесь принимают федерации.

Смена паралимпийского региона не избавит Россию от необходимости получать визы на чемпионаты мира и кубовые старты в недружественных странах, зато она может вернуть спортсменам понятный календарь отбора и в целом надежду на падение железного занавеса. Очевидно, что в любом виде спорта для атлета важнее возможность регулярно соревноваться, чем ждать урегулирования геополитических разногласий или прихода к власти в европейских странах более разумных политиков. Надежда, что визовые барьеры снимут МОК или ООН, очень слаба. Поэтому опыт ПКР по переходу в Азию может стать полезным для всего российского спорта, особенно там, где сейчас полыхают самые громкие визовые разборки.

Читать «СЭ» в Telegram Дзен ВКонтакте Max
Новости