Релокация российского спорта в Азию снова стала актуальной. Визовые скандалы придают этому проекту новое звучание
Президент Паралимпийского комитета России (ПКР) Павел Рожков подтвердил, что идут переговоры о переходе организации из европейского региона в азиатский. Причины — систематические отказы нашим атлетам в визах, негативное отношение и риски безопасности в Европе. Однако смена прописки не решит проблем всех 29 паралимпийских видов спорта: ими руководят более 20 международных федераций, и с каждой придется договариваться отдельно. При этом тенденция очевидна, и подобные решения в отечественном спорте сейчас обсуждаются не только в ПКР.
Визы важнее спортивных лицензий
«Практически вся Европа противодействует участию России в соревнованиях, особенно скандинавские страны, Польша, Германия. Они строят всевозможные преграды, отказывают в выдаче виз», — заявил Рожков РИА «Новости».
Международный паралимпийский комитет (IPC) восстановил права ПКР 27 сентября 2025 года. На зимних Играх-2026 в Италии российская команда впервые за долгое время выступила под своим флагом: шесть спортсменов завоевали восемь золотых медалей и заняли третье место в общем зачете. Но россиянам пришлось добиваться допуска через суды и преодолевать визовые барьеры на отборочных стартах.
На Паралимпиаде не обошлось без скандалов. После победы трехкратной чемпионки Игр по лыжным гонкам Анастасии Багиян и ее спортсмена-ведущего Сергея Синякина немецкие призеры Линн Кацмайер и Флориан Бауманн отвернулись от них во время звучания российского гимна и отказались от совместного снимка. На других награждениях фотографироваться с победителями не захотели чешская лыжница Симона Бубеничкова и ее ведущий Давид Шрутек.
«Мы туда ехали не для того, чтобы с кем-то фотографироваться, а чтобы бороться, соревноваться. Ну не захотели и не захотели», — комментировала случившееся Багиян в эфире телеканала «Россия 1».
«Не можем объяснить, почему так случилось». Визовый скандал с Мельниковой, видимо, останется безнаказанным
С визами последствия оказались еще серьезнее. Летом российские гребцы-слаломисты пропустили молодежные соревнования в Польше: получить въездные документы команде не удалось. Осенью Нидерланды не выдали визы олимпийским чемпионкам по спортивной гимнастике Ангелине Мельниковой и Виктории Листуновой, а также чемпионке Европы среди юниорок Анне Калмыковой. Все они пропустили чемпионат мира в Роттердаме, где разыгрывались первые командные путевки на Олимпиаду-2028.
В начале ноября похожая угроза возникла у лыжников: Финляндия рассматривает ограничения на въезд россиян перед этапом Кубка мира в Руке, хотя Международная федерация лыжного спорта и сноуборда (FIS) в сентябре открыла им путь к нейтральному статусу. После решения Спортивного арбитражного суда от 30 октября о допуске российских хоккейных сборных шесть европейских федераций пригрозили бойкотом матчей. Премьер-министр Канады Марк Карни заявил, что российским хоккеистам не выдадут визы на молодежный чемпионат мира.
Так получилось, что спортивный допуск и право на пересечение границы сегодня находятся в разных юридических плоскостях. И с этим сталкиваются в том числе паралимпийцы — атлеты, которые в первую очередь пропагандируют волю к жизни, преодоление и мужество, а никак не политику. Спорт для людей с ограниченными возможностями исторически создавался для социальной реабилитации жертв вооруженных конфликтов. Однако нынешние визовые скандалы показывают, что западные политики не делают различий между спортом и политикой. А поводом для дискриминации стал сам факт гражданства России.
Не все виды спорта подчиняются IPC
Переговоры нашей страны с Азиатским паралимпийским комитетом (АПК) идут давно. Весной Рожков сообщал, что стороны пришли к принципиальному взаимопониманию, а в сентябре президент АПК Маджид Рашед подтвердил приглашение на празднование 30-летия ПКР. Теперь российская сторона должна попытаться оформить переход, не потеряв уже заработанные квалификационные результаты на Паралимпиаду-2028.
«Надеюсь, что это случится в текущем году. Я бы хотел, чтобы это случилось даже завтра, потому что спортсмены хотят и должны соревноваться», — заявил Рашед в интервью ТАСС в мае.
Но здесь надо учитывать, что у паралимпийского спорта крайне запутанная структура. В летней программе Игр-2028 насчитывается 23 вида спорта, в зимней программе Игр-2026 было шесть. Непосредственно IPC управляет лишь пятью: паралимпийской легкой атлетикой, плаванием, пауэрлифтингом, пулевой стрельбой и следж-хоккеем. Для остальных дисциплин автоматический переход между континентами в случае релокации ПКР не предусмотрен.
За лыжные гонки, горнолыжный спорт и сноуборд отвечает FIS, за биатлон — Международный союз биатлонистов, за керлинг на колясках — Всемирная федерация керлинга. Свои федерации есть у настольного тенниса, велоспорта, дзюдо, баскетбола на колясках. Возвращение российского флага решением IPC не обязывает эти федерации менять собственные правила отбора и допуска, чем они, увы, порой злоупотребляют.
Особенно важен отбор на Паралимпиаду-2028 в Лос-Анджелесе. Спортсмен может набрать очки на европейских стартах, а после перехода в азиатские структуры столкнуться с другим порядком распределения квот. Рожков особо предупреждал о рисках для парапауэрлифтинга. ПКР согласовывает релокацию с профильными федерациями. Решение о вступлении должна принять генассамблея АПК, запланированная на 2027 год.
Но и в случае положительного решения визовая головная боль полностью не уйдет. Многие чемпионаты мира и этапы Кубка мира проходят в Европе и Северной Америке. Руководители ПКР уже ездили за американскими визами в Астану, а на Играх-2028 аккредитация не заменит разрешения на въезд в США.
«Это один из самых серьезных вопросов, который нам предстоит решить. Если делегация будет насчитывать более 300 человек, то представьте объем работы», — сказал Рожков в интервью «Матч ТВ» в октябре.
Длинные перелеты вместо закрытых дверей
Главный плюс азиатского варианта — больше континентальных стартов, куда российскую сборную пустят без дискриминационных подходов. В большинстве стран Азии визовые процедуры, вероятно, окажутся проще. Хотя Япония и Южная Корея, которые в своей внешней политике в основном ориентируются на западный лагерь, могут стать исключениями.
С другой стороны, в некоторых дисциплинах, особенно зимних, уровень соперничества в Азии ниже европейского. Также добавятся длительные перелеты, пересадки, расходы на инвентарь и сопровождение паралимпийцев. Но дальний турнир лучше, чем его полное отсутствие. К тому же Россия занимает территории и в Европе, и в Азии, поэтому географическое обоснование перехода у нас имеется без каких-либо натяжек.
«Могут снова поставить вопрос о нашем исключении». Паралимпийцы из России больше не хотят выступать в Европе
Примеры уже есть. Федерация шахмат России в 2023 году вышла из Европейского шахматного союза и присоединилась к Азиатской шахматной федерации. Российский футбольный союз тоже обсуждал смену конфедерации, но в декабре 2023-го остался в УЕФА. Хотя в том же футболе есть вполне успешные кейсы по релокации. Например, Казахстан в 2002 году перешел из Азии в Европу, а Австралия в 2006-м — из Океании в Азию. Израиль после многолетних политических бойкотов и разрыва с азиатским футболом стал членом УЕФА в 1994-м.
Отдельная история — клубные турниры. Российским атлетам постепенно возвращают индивидуальный и командный допуски (хотя, например, в олимпийской легкой атлетике и биатлоне тотальные баны сохраняются). Но полноценное возвращение клубов в континентальные кубки пока состоялось только в водном поло. В других командных видах перспективы туманны. В то же время переезд не перенесет наши клубы в азиатские кубки автоматически: финальные решения здесь принимают федерации.
Смена паралимпийского региона не избавит Россию от необходимости получать визы на чемпионаты мира и кубовые старты в недружественных странах, зато она может вернуть спортсменам понятный календарь отбора и в целом надежду на падение железного занавеса. Очевидно, что в любом виде спорта для атлета важнее возможность регулярно соревноваться, чем ждать урегулирования геополитических разногласий или прихода к власти в европейских странах более разумных политиков. Надежда, что визовые барьеры снимут МОК или ООН, очень слаба. Поэтому опыт ПКР по переходу в Азию может стать полезным для всего российского спорта, особенно там, где сейчас полыхают самые громкие визовые разборки.