«Представьте: я перевожу Махачева и делаю удушающий!» Иван Подругин — интервью с непобежденным финишером
7 ноября на турнире RCC Intro 25-летний Иван Подругин заставил сдаться во втором раунде экс-бойца UFC Гаджи Омаргаджиева. Подругин — молодой и непобежденный российский боец, который уже скоро может очень громко пошуметь. Иван выиграл девять боев, восемь из которых закончил удушающими приемами. В следующем году он нацелен на попадание в UFC.
В интервью «СЭ» Подругин рассказал о работе в ночном клубе, где ему приходилось душить особенно буйных посетителей, о том, как на тренировке в Таиланде легко финишировал топового бойца UFC, приняв его за новичка, о готовности биться с любым соперником, даже с Исламом Махачевым, о том, как спас Олега Монгола от ожога в бане, и еще о многом другом.
«Новокузнецк не отошел от бандитских времен. Есть спрос за слова, за прическу»
— Ты начинал путь в единоборствах с панкратиона. Почему выбрал именно его? Обычно в качестве базы выбирают бокс, борьбу, а в последнее время сразу начинают заниматься ММА.
— Наверное, благодаря моим старшим наставникам, товарищам, местным звездам — Андрею Кошкину и Тимофею Настюхину. От них я и узнал, что такое панкратион. Они тогда были местными звездами, да и сейчас ими остаются. Помню, когда я пришел в панкратион, Андрей Кошкин как раз вернулся с чемпионата мира. Посмотрел на него и подумал: «Да, я тоже хочу этим заниматься». Но тогда мы называли это просто боями без правил, а не панкратионом. Они даже выступали в нашем местном цирке, где на афише так и было написано: «Бои без правил». По-моему, тогда они дрались один раунд по 12 минут. Посмотрел я на них, и мне тоже захотелось.
— До этого ты борьбой или грэпплингом не занимался?
— Нет, вообще ничем. Сразу пришел в панкратион к нашему главному тренеру Ивану Васильевичу Рябцеву. Он до сих пор тренирует и меня, и Тимофея, и Андрея, и моего брата, и все подрастающее поколение.
— Твой родной брат Роман — боец ММА с рекордом 14-4. Правильно понимаю, что сейчас он больше сосредоточен на развитии твоей карьеры, чем собственной?
— Он всегда мне помогал. И по жизни тоже. Знаете, он мне как отец, всегда прокладывает дорогу. Но сам очень хочет подраться. Просто сейчас ММА в России, возможно, переживают не лучшие времена. Тяжело с боями. Я сам не дрался год и три месяца. Менеджер находил мне бои, они должны были состояться, но постоянно что-то происходило, и по разным причинам я не мог выйти в клетку. У брата такая же ситуация. Сколько мы хотели, чтобы он подрался в RCC! И в другие лиги обращались, но никак не можем найти бой. При этом он круглосуточно в зале, тренируется, готовится и надеется, что ему что-нибудь предложат. К сожалению, пока с этим не очень хорошо. Хотя я считаю, что он очень зрелищный боец. Каждый его бой — это море крови, настоящее зрелище. Честно говоря, удивлен, что ему не могут найти поединок.
— Ты рассказывал, что на первые поединки по панкратиону выходил невыспавшимся, не мог полноценно настроиться. Помнишь те ощущения?
— Да, наверное, это был опыт, который мне необходимо было получить. Я не знал, как правильно гонять вес. Для меня тогда даже два килограмма скинуть было целым испытанием. Не знал, как восстанавливаться. Мог после взвешивания наесться шоколада, на следующий день выйти на бой, а у меня живот болит. Все это прекрасно помню. Благодаря тому опыту сейчас картина совершенно другая. За год, пока у меня не было боев, очень хорошо разобрался в питании, изучил свой организм, понял, как правильно гонять вес, соблюдать диету. Все это закладывалось еще тогда, в панкратионе, с детства.
— Ты родом из Новокузнецка. Я сам из Сибири и знаю, что в нулевые на улицах не всегда было спокойно, случались потасовки. У тебя с этим как было?
— Не хочу называть себя гангстером, как это сейчас любят делать многие в индустрии ММА, но детство, конечно, было неспокойным. Да и сейчас на улицах Новокузнецка не все безмятежно. Город еще не отошел от бандитских времен. Могут спросить за какие-то слова, за прическу. Все это есть, все рядом с нами. Мы с братом росли на улицах. У нас многодетная семья, нас четверо. Мама одна нас тянула. Мы с Романом всегда были вместе. Конечно, случались и потасовки, и драки. Но считаю, что благодаря достойному воспитанию матери и спорту мы выросли хорошими людьми.
А когда мне исполнилось 18 лет, куда еще было идти подрабатывать, чтобы какие-то деньги появились? Конечно, в охрану, в ночные клубы. До сих пор подрабатываю в охране. В пятницу вечером провел спарринги в зале, а потом отправился на ночную смену. Так и работал по выходным. И каждый раз надеялся, что спарринги там не продолжатся.
— А бывало, что продолжались?
— Конечно! И довольно часто. Мы даже раунды считали. У меня смена была с восьми вечера до восьми утра. И после нее шутили: «Ну что, сколько раундов отработал? Все 12, как в боксе?» Такая у нас была шутка. Но сейчас я уже от этого отошел. Работа есть, а таких драк больше нет. К тому же Новокузнецк — небольшой город, меня уже знают, узнают. Если кто-то подходит на работе, то только сфотографироваться. Никто больше не задирается, и слава богу.
— Ты специализируешься на удушающих приемах. Наверное, если нужно было погасить конфликт в клубе, мог быстро придушить человека?
— Мы работали в одном заведении, которое было открыто до восьми утра. Довольно злачное место. И ребята, с которыми я работал, неоднократно подмечали: «Слушай, ты и в октагоне душишь, и здесь, в заведении». Бывало, возникала стычка на танцполе. Я брал человека за шею и вел его вдоль барной стойки. При этом считал стулья слева: первый, второй, третий. На четвертом надо было отпускать, потому что человек уже почти терял сознание. Если дотянуть до пятого, мог отключиться. Поэтому на четвертом отпускал, пока человек еще не потерял сознание. Он постепенно приходил в себя, спрашивал, что случилось. Объясняешь ему, что не надо драться, и сопровождаешь к выходу. Такая у меня там была коронка. Бывшие напарники до сих пор подшучивают: «Вот где ты научился!» А я отвечаю: «Все возможно».
— В ночные клубы приходит самая разная публика. Наверняка попадались и огромные мужики. Хотя ты сам ростом 190 см. Наверное, не проблемой было с ними справляться?
— Мне было 18 лет, когда я работал в заведении, куда пускали только с 21 года. Причем основная публика была старше 30. А у меня еще детское лицо. И вот стою на входе, не пускаю какого-нибудь мужика под два метра ростом и весом 130 кг. А он мне говорит обидные вещи: «Слышь, щенок, отойди, подвинься! Ты меня не будешь пускать?!» Обычно справлялись словами, удавалось договориться. Но если не получалось, бывало, что с разбега запрыгивал человеку на спину, как рюкзак, и брал на удушающий. Старался делать все аккуратно, главное — не навредить.
«Задушил бойца в Таиланде — думал, новичок, а он топ из UFC!»
— Ты много лет тренируешься с Андреем Кошкиным и Тимофеем Настюхиным. Насколько я понимаю, периодически работаешь и с Романом Копыловым?
— Да, Роман неоднократно приезжал к нам в зал. Еще у нас постоянно проводит подготовку перед боями Саша Матмуратов. Я вот только что с тренировки, он сейчас в нашем зале, готовится к следующему поединку. Скоро будет анонс, все увидят. Саша уже много лет приезжает к нам перед каждым боем. Роман Копылов тоже приезжал, но не так часто. Мы сами ездили к нему в Бачатский. От Новокузнецка это недалеко, на машине час-полтора. Обменивались опытом. До сих пор с ним на связи, общаемся, иногда тренируемся вместе.
— Когда работаешь с Копыловым в парах, чувствуешь уровень UFC?
— У Ромы очень сильная ударка. Мы это видим по его боям: молниеносные джебы, комбинации, удары ногами. Он всегда этим отличался, еще когда выступал по рукопашному бою. Я тогда был совсем маленьким, смотрел на него и думал: «Вау, вот это скорость!» Но и у меня есть свои козыри, которые я использую, как и у него — свои. Мне очень интересно с ним работать. Конечно, это очень высокий уровень.
— А перевести бойца уровня Копылова во время полноценного спарринга у тебя получается?
— Конечно, были переводы. Не буду раскрывать подробностей, но у меня случались удачные моменты, у него тоже были отличные моменты. Только тренировка есть тренировка, а бой есть бой. Это совершенно разные вещи. Недавно был в Таиланде, там работал с бойцом UFC из среднего веса, который, по-моему, сейчас в топе. И я сначала подумал, что он вообще новичок, потому что у нас была чистая борьба, и мне удавалось очень легко его душить. А потом узнал, что он выступает в UFC и находится в рейтинге. К чему я веду? Тренировка и бой — совершенно разные вещи. По-разному настраиваешься. В тренировочном лагере можешь плохо себя чувствовать и проиграть все раунды спарринга. А на бой выходишь заряженным, максимально сосредоточенным.
— Помнишь, что это был за боец UFC?
— Данкан, по-моему. Кристиан Лерой Данкан. Я так понял, с борьбой у него не очень хорошо. Он, кажется, недавно проиграл удушающим приемом. Мы с ним не спарринговали. Он тогда готовился к бою, не помню с кем. Дело было зимой. Он набрал ребят, они отдельно работали в клетке. А мы встретились именно на тренировке по грэпплингу, где отрабатывали борьбу в разных позициях.
Я его не узнал и даже немного расстроился. Помню, думаю: «Блин, встал с каким-то новичком. Он даже борьбу мне не может навязать». А он еще нервничал, психовал, бил по ковру. Я его раз поймал на удушающий, потом второй раз. Даже начал его успокаивать: «Бро, I'm a professional, I'm a fighter» (я профессионал, я боец. — англ.). Говорю ему, мол, я профессиональный боец, не расстраивайся. А он посмотрел на меня как на дурака. Потом Влад Белаз мне объяснил: «Ты что, это же Данкан, он в UFC выступает!» Тогда все стало понятно. Посмотрел его бои и увидел, что он очень хороший ударник. Забавный был момент.
— Восемь из девяти побед ты одержал приемами, но при этом очень здорово действуешь в стойке. Мне запомнился момент в бою с Арменом Торосяном, когда ты контратаковал его коленом и сильно потряс. Много работаешь над ударной техникой?
— Перед последним боем я борьбе практически не уделял внимания, только стойке. Изначально я ударник. Наш зал панкратиона всегда славился ударниками. Тимофей, Андрей — все их бои в основном проходили в стойке. Я тоже по любителям выигрывал бои за счет ударки. А если проигрывал, то из-за борьбы.
Помню переломный момент, мне было лет 15. Понял, что нужно подтягивать борьбу, потому что ее у меня практически не было. Как-то постепенно все пошло. Тимофей с Андреем начали летать в Таиланд, привозили оттуда разные наработки, в том числе борцовские. И у меня дело пошло. Я знаю свой потенциал в ударке, тренеры тоже его знают. Вот сегодня пришел в зал после боя, Тимофей спрашивает: «Когда мы тебя наконец увидим в стойке? Ты должен был его бить! Почему опять задушил?» Отвечаю: «Тимофей Геннадьевич, он так легко дал мне зайти в борьбу, что грех было не доработать».
Хотя весь план заключался в том, чтобы давить первым номером, аккуратно начать с джебов, а потом разбивать соперника со своей дистанции. Именно то, что я постоянно делаю на тренировках. Сначала переживал из-за этого, а потом подумал: нет, значит, такой у меня путь. Бог меня по нему ведет. Раз так получается, значит, так и должно быть. И, думаю, это очень неплохо. Кто может похвастаться, что у него девять побед, из которых восемь — удушающими? Причем именно удушающими, а не болевыми. Беру шею и уже не отпускаю.
«В UFC платят копейки, грустно смотреть на их ветеранов». Немков — интервью перед защитой титула PFL
— Наверняка на тренировках тебе иногда удается уронить кого-нибудь?
— Да, конечно. Даже сейчас были спарринги. У нас в зале есть очень хороший молодой парень, ему 21 год. Готовится переходить в профессионалы. Очень похож на Гаджи, сильный борец, сам вышел из борьбы. Удалось его хорошо потрясти. И с другими ребятами такое неоднократно случалось. Но в боях пока получается иначе. Я менеджеру так и сказал: настанет момент, когда вы увидите, как я раскроюсь в ударке, и все будете в шоке.
— В прошлом году у тебя был интересный бой с Александром Бутенко. Его двоюродный брат Алексей Олейник тогда заявил, что готов поставить 100 тысяч рублей на победу Александра. Тебя это еще сильнее раззадорило?
— Да. Я увидел этот комментарий, по-моему, в историях. Олейник написал, что готов поставить 100 тысяч и спрашивает, кто готов поспорить с ним на эту сумму. Сначала немного разозлился. Думаю: «Что там, обалдели?» Но потом успокоился, фокус не сбился. На самом деле я тогда очень плохо восстановился к бою, вышел в плохой форме. Слава богу, удалось победить. Правда, не получилось задушить Александра. Он хорошо защищался, не давал забрать спину, в партере сам лежал на спине. Жаль, что не удалось закончить бой досрочно, но хорошо, что вообще победил. Повторюсь, форма была очень плохая.
— С Олейником после этого не общался? Все-таки он мастер джиу-джитсу и грэпплинга, у него огромное количество побед приемами. Может, удалось бы обменяться опытом?
— Кстати, я об этом думал. Даже ребятам говорил: «Задушу Бутенко, потом подойду к Олейнику и предложу как-нибудь вместе потренироваться». Но не получилось. В бою с Александром я проходил в ноги и наткнулся головой на его бедро. Получил рассечение. После боя меня отвезли, зашили, поэтому пообщаться с Олейником, к сожалению, не удалось.
— Твой бывший менеджер Александр Скаредин рассказывал, что тебя пытались отправить на реалити-шоу The Ultimate Fighter, но туда набирали ветеранов, поэтому тебя не взяли. Это было примерно в 2023 году, когда ты еще выступал в легком весе?
— Нет, уже в полусреднем. В легком весе я провел только самый первый бой, все остальные — в полусреднем. А сейчас выступил в промежуточном. Помню, мы проходили собеседование, по-моему, по Skype. Общались с организаторами, но, к сожалению, ничего не получилось.
— А как вообще проходит такое собеседование? С кем ты общался?
— Честно, уже смутно помню. Может, это были матчмейкеры или люди, которые занимались отбором бойцов. У каждого было запланировано свое время. Все происходило примерно так же, как сейчас мы с тобой разговариваем. Перед этим я заполнял анкету: кто я такой, какие у меня увлечения и так далее. Александр тогда сказал мне: «Просто будь собой». Как только включилась камера, я сразу заявил, что у меня большие амбиции. Очень нескромно себя расхваливал, пуха накидывал. Они посмеялись, поулыбались. Но все равно не получилось.
«Гэрри не составил бы мне конкуренцию. Такая шейка тонкая — оторвал бы в первом раунде!»
— Три дня назад ты победил бывшего бойца UFC Гаджи Омаргаджиева. Поздравляю! Ты уже несколько лет говоришь, что хочешь попасть в UFC, и после этой победы снова об этом заявил. Насколько сейчас близок к цели? Приблизил ли тебя этот бой к UFC?
— Знаете, я каждый вечер засыпаю и представляю себя в UFC. А когда утром звонит этот ненавистный будильник, вспоминаю, что хочу попасть туда. Поэтому встаю с постели и иду в зал. Я очень хочу туда попасть. И безусловно, эта победа приблизила меня к мечте еще на один шаг. Сейчас весь вопрос в визе. Мы оформляем рабочую визу в США. Это дорогостоящее удовольствие. У меня очень много времени ушло только на то, чтобы собрать деньги. Потом долго собирали документы, нам их возвращали, приходилось отправлять снова. Я подписал контракт с LFA. Сейчас все необходимые документы на рабочую визу отправили. 23 декабря должен вылететь в Казахстан на собеседование. Если визу одобрят, будем драться в LFA. А там стану делать все возможное, чтобы меня заметили и я попал на тот же Contender Series. Буду максимально шуметь, стараться изо всех сил!
— Ты говорил, что не видишь в UFC бойцов, которые могли бы создать тебе проблемы. Но полусредний вес, до 77 кг, сейчас один из самых конкурентных. Например, Иэн Мачадо Гэрри недавно дрался с Исламом Махачевым. Видишь, как его можно победить?
— Сразу внесу поправку: в 77 кг вы меня, скорее всего, больше никогда не увидите. Теперь буду драться в 84 кг. Организм растет, вес очень сильно увеличивается. И даже Иэн Гэрри не составил бы мне конкуренции. У него такая тонкая шея! Думаю, сразу бы оторвал ее в первом раунде. Теперь будем драться в 84 кг. Я активно набираю физическую силу, работаю над этим.
Последние бои в 77 кг, с Бутенко и до этого с Имамом Ибрагимовым, дались мне очень тяжело. В последние дни перед боями я терял сознание, падал от обезвоживания. Не мог нормально восстановиться и выходил в клетку как вареная редиска. А сейчас, когда подрался в промежуточном весе до 82 кг, чувствовал себя просто идеально. Максимально хорошо. Мой вес доходит до 95 кг. Куда мне уже гонять до 77? Очень тяжело. Поэтому мы с менеджером приняли решение, что в LFA будем выступать в 84 кг. И если получится попасть в Contender Series, то тоже в среднем весе.
— После боя с Бутенко ты заявил, что готов драться с чемпионом UFC. Вадим Тихомиров тогда спросил у тебя про Ислама Махачева и Джека Делла Маддалену. Ты ответил, что сначала они должны провести бой между собой. В итоге Ислам победил, полностью контролируя австралийца в партере. Когда смотрел поединок, возникали мысли, что из каких-то позиций ты мог бы выйти на прием?
— Мы смотрели этот бой с ребятами по большому телевизору. Блин, представьте, какой это шанс — подраться с самим Исламом Махачевым! Только глупец его упустит. Если бы мне сказали: «Ваня, завтра в пять утра выходишь драться с Исламом», я бы с двух ног залетел в клетку! Потому что это шанс, чтобы меня заметили, увидели.
Ислам — уже настоящая легенда не только российских, но и мировых ММА. Двойной чемпион UFC из России! И благодаря его имени меня тоже могли бы заметить. Поэтому, если менеджер позвонит в пять утра и скажет, что нужно выходить драться, я соглашусь. Неважно, кто будет против меня. Уверен в одном: я всегда буду биться до конца. От болевого не сдамся, пусть ломают. На удушающем тоже никогда не стану стучать. Буду биться до талого, со щитом или на щите. Наверное, так меня воспитали с детства. Если вспоминать улицу, мы с братом всегда шли до конца. Поэтому я готов подраться с кем угодно. Даже если позвонят и предложат бой в UFC в 93 кг или хоть в 100 кг, я соглашусь. Это шанс попасть туда. Я очень этого хочу.
— То есть у тебя нет мысли, что, возможно, не стоит торопиться с UFC?
— Нет, вообще нет. Считаю, что готов. Я круглосуточно в зале, всего себя этому отдаю. Всю жизнь поставил на кон ради боев. Еще в 16 лет я говорил своему тренеру, что перестал общаться со всеми друзьями, перестал даже с девочками дружить, лишь бы побеждать. Тогда у меня был переломный момент. Я часто занимал вторые места, проигрывал в финалах. Очень сильно из-за этого переживал, даже небольшие нервные срывы случались. И сейчас все так же — единоборства для меня на первом месте. Я недавно женился. Жена делает все, чтобы я только тренировался и шел к своей мечте. Поэтому ничего другого для себя, кроме боев, не вижу.
— Можешь представить, как именно дрался бы с Махачевым? Все-таки это один из величайших бойцов в истории UFC. Как бы действовал?
— Давайте представим ситуацию, как в фильме «Рокки». Неизвестный боксер получает шанс подраться с чемпионом, который всех побеждает. Чемпион решает дать шанс кому-нибудь малоизвестному и выбирает Рокки Бальбоа, у которого было много поражений. Я бы сделал все, чтобы меня запомнили. Выложился бы по полной программе. Во-первых, постарался бы не попасться на прием в первом раунде. Сильно, хлестко вкладывался бы в удары и, как со всеми соперниками, пытался навязать свой ритм.
А представьте, что начинается бой, проходит несколько разменов, и Ислам попадается на захват. Я его перевожу и забираю удушающий! Мало ли, это ММА, здесь может произойти все что угодно. Давайте помечтаем! И если бы Ислам попался на удушающий, я моментально получил бы мировую известность, к которой очень стремлюсь. Поэтому и с ним я представляю для себя такой исход.
«Смогу ли выдержать напор Чимаева? Да! Я никогда не скажу, что чего-то не смогу»
— Теперь ты собираешься выступать в 84 кг. Там сейчас чемпион UFC Шон Стрикленд, который сначала сенсационно победил Исраэля Адесанью, а потом отобрал пояс у Хамзата Чимаева. Тебя удивляет, как он раз за разом становится чемпионом?
— Шон Стрикленд мне очень нравится. Такой настоящий американский мужик, который прет вперед. Да, удивляет. Мне кажется, многие его недооценивают. Посмотрите на его джебы, стойку. У него рука постоянно опущена, и он оттуда бьет. Блин, это здорово! Он давит на соперников, постоянно рубится. Я даже слышал историю, что в American Top Team он перед каким-то своим боем устроил жесткую зарубу на тренировке. Его отправили в нокаут буквально за неделю до боя, а потом он вышел в клетку и сам кого-то нокаутировал. Не помню, с кем тогда дрался.
Мне рассказывали об этом ребята, которые туда летали. Они были в шоке, говорили: «Блин, здоровенный мужик, конечно, классный!» Я бы тоже очень хотел с ним подраться. Да и вообще с любым бойцом UFC. Повторюсь, мечтаю попасть в эту лигу, поэтому хотел бы проверить свои силы с кем угодно.
— Как думаешь, если Стрикленд проведет реванш с Чимаевым, исход будет другим?
— Честно говоря, я очень сильно болел за Чимаева. Он мне нравится, особенно его доминирующий стиль. Как он берет соперника на захват, подходит к Дане Уайту, разговаривает с ним, а потом втыкает противника в пол. Не знаю, почему и по какой причине он проиграл. Но как болельщик считаю, что в реванше все будет по-другому и Хамзат разберется со Стриклендом.
— А ты сам смог бы выдержать стартовый напор Чимаева, когда он с первых секунд выкладывается по полной?
— Да, я с любым смогу. Никогда не скажу, что чего-то не смогу. Конечно, такой напор нужно выдерживать. Помню, мы думали, что Армен Торосян будет действовать именно так. Очень много над этим работали с Тимофеем. Он мне говорил: «Вань, нужно будет первый раунд перетерпеть. Он очень мощный, выглядит прохимиченным. Если что, первый раунд выдержишь, а дальше уже заберешь свое».
У Торосяна тогда было, по-моему, семь побед и ни одного поражения или семь побед при одном поражении. Почти все нокауты в первом раунде. Мы готовились именно к такому натиску. Тимофей заставлял меня работать первым номером с первых секунд. Только начинался спарринг — сразу на все бабки! Нужно было выдержать этот первый раунд. В бою я за счет борьбы вытянул из Торосяна силы в первом раунде, а дальше разобрался с ним. Поэтому такая работа мне хорошо знакома.
— В Таиланде, в зале Tiger Muay Thai, ты тренировался с Владиславом Ковалевым, известным как Белаз. Что скажешь о его уровне и совместной работе?
— Во-первых, Влад — очень хороший человек. Для меня в людях важна человечность. Мы с ним подружились. Он очень сильный боец. Что касается его разговоров об UFC, считаю, что ему обязательно нужно туда попасть. Он там точно пошумит. У него большие амбиции, и я всегда буду за него болеть, поддерживать. Верю в его успех.
— Видел у тебя фотографию с Петром Яном на сборах. По-моему, это было в Горном Алтае. Что за сборы?
— Да, это Шараф Давлатмуродов ежегодно проводит сборы в Горном Алтае. Очень крутые, мощные сборы, всегда приезжает много звезд российского ММА. Тогда там был и Петр Ян. По-моему, после беговой тренировки я подошел к нему сфотографироваться.
«Покрылся гнойными прыщами, волосы начали выпадать...» Шара Буллет: лихорадка денге, пьяницы, Чимаев
— Известно, что Петр очень много работает на тренировках. Тебя впечатлило, как он тренируется?
— Честно говоря, я не видел, как он тренируется, потому что у нас было разное расписание. Ребята в весовых категориях до 80 кг занимались в одно время, более тяжелые — в другое. Поэтому мы почти не пересекались. Пару раз увиделись, сфотографировались, и все.
— За последним боем Яна против Мераба Двалишвили наверняка следил?
— Конечно. Очень сильно хотел, чтобы Петр победил. Чтобы еще раз доказал, что его предыдущая победа над Мерабом была далеко не случайностью. Отличный бой получился!
— Еще у тебя есть фотография с Олегом Монголом. Я очень удивился. Это, по-моему, с тех же сборов. Как он там вообще оказался?
— Насколько я понял, Шараф как-то общается с человеком, который его снимает. Точно не знаю. Но когда Монгол приехал, я немного обалдел. Столько людей хотели с ним сфотографироваться! На базе были и другие отдыхающие, выстроилась целая очередь. Пацаны даже смеялись: «Обалдеть, с ним больше фотографируются, чем с Петей!» Конечно, это была просто шутка. Но там действительно было много отдыхающих, которые его смотрят.
— Он тоже тренировался?
— Да нет. Пару раз пришел на разминку, надел борцовское трико, немного пробежался. Его поснимали, а потом они куда-то уехали. Еще он в баню ходил. Я, кстати, Монгола там немного спас. Забавная история была. Сидели мы в бане. Он говорит: «Давай я тебя веником попарю». Ну давай. Начал меня по спине бить, потом встал, поскользнулся и полетел прямо на печку. А он легкий, килограммов 50, наверное. Я его одной рукой поймал. Говорю: «Тихо-тихо! У тебя сейчас татуировка с груди слезла бы!» А он: «Да, спасибо».
— Напоследок о планах. Понятно, что готовишься к собеседованию на американскую визу. А на какие-нибудь тренировочные сборы еще собираешься?
— С 27 по 30 ноября пройдет чемпионат мира по панкратиону. Это будет мой заключительный старт по любителям. Очень долго я не мог попасть на чемпионат мира из-за политических моментов. В мае выиграл чемпионат Европы, а сейчас хочу выиграть еще и чемпионат мира, после чего оставить панкратион. Таким образом хочу отдать дань уважения этому виду спорта и своему тренеру. А дальше будем газовать! Дай бог, визу одобрят, и начну готовиться к следующему бою. Если в конце декабря получу визу, думаю, можно будет сразу просить поединок на январь или февраль. Хочу уже попробовать подраться в США.
RSS