«Специально, чтоб говорить с бразильцами, Мирча выучил португальский. Было ему тогда 65 лет...» Памяти Луческу
За два-три долгих разговора с Мирчей Луческу мы успели сдружиться. Оттого сегодня я горюю как о добром товарище. Зная Мирчу, я не сомневался, что он выкарабкается и из этой передряги. Но, видимо, ударило слишком уж сильно...
Эти старики-тренеры, герои 80-х, были невероятно обаятельны. Но Мирча царил даже в этом ряду. Через пять минут ты чувствовал, что он не просто запомнил твое имя — он советуется! Не лукавя!
Все это вспоминать забавно и грустно.
Я, напыжившись от собственной значимости, всерьез озвучивал свое потешное мнение. Делился взглядами на перспективу футболиста. Мирча цокал языком: «А вот с Роналдо у меня была похожая история...»
Я осекался. Становился смешон сам себе.
Эх, Мирча, Мирча. Ну как же так?
Добрый Мистер, чья комната была завалена кассетами с древним футболом. Каждую подписывал фломастером — «Лилль» — «Нант», 1985 год».
Я даже не сомневаюсь, что все это он пересматривал...
**
Мирча, уйдя из «Зенита», выносил мне мозг. Но делал это столь добродушно, располагающе, что обижаться не получалось. Хоть и стоило бы обидеться.
Мне нужно было интервью. Ему нужно было выговориться. За чем же дело стало?
— Приезжай! — выкрикивал он в трубку. — Приезжай срочно! Ты купил билет? Я живу в отеле «Коринтия». Жду тебя.
Я бежал за билетом. Швырял самые нарядные рубашки в сумку — чтоб не осрамиться в «Коринтии».
Мистер через пару часов снова дозванивался — но каким-то другим, глухим голосом.
— Подожди. Не приезжай. Ты взял билет? Сдай.
— Вообще не приезжать? — потух я.
— Нет, приедешь. Но не завтра. Я скажу когда.
Все это повторялось раза три. Утром — «бери билет», к обеду — «сдавай». Я был уверен, что никакого интервью не случится. Уже реагировал на звонки с обилием нулей в номере отрывистым смешком: «Что, ехать?»
Но все вывернулось самым неожиданным образом. Дня через три-четыре Мирча вышел на связь из Бухареста. Говорили по скайпу — я видел, как колышется занавесочка на теплом ветру. Слушал, как забавно о чем-то справляется Луческу у жены: «Да, Неля? Скажи!»
А главное, выяснилось, что владеет русским этот веселый дед в совершенстве. Быть может, даже лучше того самого легендарного молдавского футболиста Александра Спиридона, которого звал на всякое интервью в качестве переводчика.
Но в Бухаресте Спиридона не было — и Мирча предстал во всей лингвистической красе.
Я был сражен всем этим.
**
Когда-то в Донецке Луческу водил меня по базе «Шахтера»:
— Вот здесь у нас лебедятник. Красивые, да?
Лебеди были невероятные.
Мне хотелось сделать приятное Мирче — и я произнес:
— Взгляд на футболистов у вас фантастический. Говорят, можете взглянуть на мальчишку — и все о нем понять.
Я даже не рассчитывал на рассказ. Но рассказ немедленно последовал.
— Ха! — обрадовался Луческу. — Вот так я взглянул однажды на Георге Хаджи.
— Все было ясно?
— В 17 лет взял его в первую сборную Румынии. А в 18 сделал капитаном. Хаджи — исключительный профессионал, влюбленный в футбол до безумия. Правда, в какой-то момент он стал меньше внимания уделять физической подготовке. Из-за этого, думаю, в «Реале» не заиграл. Оттуда пришел ко мне в «Брешию», так иногда уходил с поля в разгар тренировки — не выдерживал нагрузок. А команда еще выступала в серии В, где без физики никуда. Стыки такие, что кости трещат. Год потребовался Хаджи на адаптацию. За это время он восстановил кондиции, на чемпионате мира-1994 стал одним из лучших, и его пригласила «Барселона»...
**
Мне всегда нравился румынский футбол. Поэтому я уверенно зашел с козырей. Спиридон едва успевал переводить.
— В 1987-м вы тренировали бухарестское «Динамо». Форвард вашей команды Родион Кэмэтару отгрузил за сезон 44 гола и стал обладателем «Золотой бутсы». Серебряную собирались вручить австрийцу Тони Польстеру, который на церемонии награждения от нее отказался, публично заподозрив главного конкурента в подлоге. Как отнеслись к тому, что впоследствии из-за этого Кэмэтару лишили приза?
— С чего вы взяли, что лишили? — отстранился Луческу.
— Во всех справочниках написано. И факт сговора вроде как был установлен.
— Чепуха! Никто «Золотую бутсу» у Кэмэтару не забирал, она до сих пор у него. Что касается слухов о договорных матчах — это бред. Польстер возмущался, что Родион его обогнал, но сам-то австриец в последних турах тоже забивал по два-три гола. А Кэмэтару награду заслужил. За первый круг у него было 19 мячей. Во втором мы потеряли несколько важных очков и поняли, что «Стяуа» уже не догнать. Этот клуб, которому покровительствовала семья Чаушеску, всегда тащили наверх. Чемпионство нам не светило, но и серебро при любом раскладе потерять не могли. Поэтому появилась цель — помочь Кэмэтару стать лучшим бомбардиром Европы. Мы могли себе это позволить. Все начали играть на Родиона. Но никто не скажет, что соперники ложились под него. У Кэмэтару в каждом матче было еще по семь нереализованных моментов. В 1989-м, когда он перебрался в Бельгию, «Золотую бутсу» выиграл другой форвард «Динамо» Дорин Матеуц. Он забил 43 гола — и ни одного с пенальти!
— Принципиально не шел к точке?
— Я запрещал! Девять раз Матеуц пытался пробить пенальти, но я был непреклонен. Твердил: «Хочешь доказать, что настоящий бомбардир, — забивай с игры». К слову, как игрок причастен я к успеху и Дуду Джорджеску. Он обладатель «Золотой бутсы» 1975-го и 1977-го. У нас была наигранная связка, 80 процентов голов Дуду забил с моих передач!
**
Мне было странно, что такой добрый, начитанный, коммуникабельный Мистер не поладил в «Интере» с Роналдо.
Мы с Сашей Кружковым в том донецком вояже даже запаслись цитатами из давнего интервью Мистера.
Кого-то такая точность ввела бы в раздражение — но только не Мистера. Ценителя добротной подготовки.
Луческу взглянул на нас с уважением, дослушав.
— О работе в «Интере» с Роналдо вы отзывались так: «В раздевалке с ним проблем не было, но он слишком увлекался пивом...»
— Роналдо любил не только пиво — а жизнь во всех ее проявлениях. Я неоднократно разговаривал с ним на эту тему. В ответ слышал: «Мистер, мне 23 года. Я хочу жить в свое удовольствие». И он до четырех утра засиживался на дискотеках, устраивал вечеринки. Это одна из причин, почему я покинул «Интер». Хотя отношения с Роналдо были нормальные. А потом случился четвертьфинал Лиги чемпионов с «Манчестер Юнайтед». На выезде уступили 0:2. Дома при счете 0:0 минуте на 60-й я заменил Роналдо. Он до этого не тренировался интенсивно и на поле просто стоял. Вместо бразильца выпустил Вентола, который практически сразу забил. Но в итоге закончили вничью, и дальше прошел «Манчестер». Через день прихожу на тренировку — Роналдо нет. Говорят, улетел в Бразилию. «Кто отпустил?» — спрашиваю. — «Моратти». Это стало последней каплей. Подал в отставку, потому что работать в таких условиях невыносимо. Тем более и других негативных моментов хватало.
— Например?
— В «Интере» вспыхнул конфликт. В одном лагере очутились бразильцы Роналдо, Жилберту, Зе Элиас и португалец Паулу Соуза, в другом — аргентинцы Симеоне, Дзанетти и чилиец Саморано. Причем, враждовали не столько игроки, сколько их агенты, которые заварили всю кашу. Виновато и руководство, раз позволило довести ситуацию до такого состояния. Поэтому в тот период «Интер» не добивался результата.
— Кстати, Валерий Лобановский сказал, что по чисто футбольным качествам Роналдо не играл бы у него даже в «Динамо-2».
— Странно. Роналдо — футболист экстра-класса! Техника, скорость, голевое чутье — по многим показателям ему нет равных. Беда, что он рано уехал из дома — уже в 17 лет подписал контракт с ПСВ. Рос один, был предоставлен сам себе, никто ему не помогал. Жаль, что рядом не оказалось человека, который бы его направлял — в отличие от Месси или Криштиану Роналду. Вот они подобных ошибок избежали. А из Роналдо клубные руководители, пресса, болельщики лепили идола и оторвали от команды. Никакой критики по его адресу не допускалось. Считалось, все, что он делает, — правильно. А делал Роналдо лишь то, что ему нравилось. На поле в том числе.
— Какой эгоист.
— Если говорить об игре, то там особого уважения к партнерам у Роналдо действительно не было. Да и к тренерам тоже. Они регулярно конфликтовали с бразильцем из-за его образа жизни. Я же воевать с Роналдо не хотел. Решил, что лучше уйти из «Интера».
— Роналдо мог добиться большего?
— Еще бы! Поймите, он никому не делал плохого. Только себе. Отсутствие полноценных нагрузок привело к тому, что перестали выдерживать определенные группы мышц и суставы. Хотя связки у него были тонкие, пластичные — как у лани. Но пиво, походы по ночным клубам и лишний вес разрушили организм. При этом я очень уважаю Роналдо. Он интеллигентный, неглупый человек. Лишний раз убеждаешься в этом, читая его интервью. Неудивительно, что именно Роналдо возглавил оргкомитет по подготовке Бразилии к чемпионату мира-2014. Такую должность за одни футбольные заслуги не предложили бы.
**
Я был уверен, что «Зенит» сделал изумительный выбор, зазвав Луческу. Эта команда, бюджет и Мистер монтировались восхитительно.
Как оказалось — монтировались лишь в моих (ну и Мирчи) мечтах.
Отставка ранила его очень сильно. Луческу мечтал задержаться еще на сезон в Петербурге — и доказать, показать...
Деньги были ни при чем. Луческу давным-давно был долларовый миллионер. Мог сам содержать годок-другой «Зенит» на личные сбережения. Но принцип, принцип дороже всего!
После отставки, дождавшись самой важной SMS от банка, готов был делиться печалями. Вот и рассказывал мне на фоне той самой бухарестской занавесочки:
— В «Зенит» я приходил с мыслью — надо растить молодых! Сейчас никто из больших футболистов не подписывает контракт на четыре года. Все хотят на два, чтоб потом поменять клуб. В любой команде я думал: а что дальше? Уйдут эти — кто придет на смену? Всюду я был готов к такой ситуации, в «Шахтере» у меня была готова вторая и третья линия. Но я подписал контракт и узнал, что несколько футболистов хотят уйти. Первый — Халк!
— Удержать невозможно?
— Я разговаривал с ним три раза! Убеждал: «Ты мне нужен...» Халк отказывался наотрез. Смотрел на меня: «Мистер, у меня есть семья и предложение об огромном контракте в Китае. Умоляю вас, отпустите!» Разве я мог поступить иначе?
— Не могли?
— Не мог. Потом ко мне стал каждый день ходить Гарай. Каждый день!
— С теми же речами?
— «Please, Мистер, я не могу здесь, моя жена тоже не может, отпустите...» Следом — Ломбертс. Потом Кришито, Витсель. Я был в шоке! Несколько человек мечтают уйти. Думаете, мне легко было все это узнавать?
— Страшно представить.
— Мы выступали в Лиге Европы. Я смотрел молодых футболистов — быстро понял, что им еще рано на такой уровень. Качество игры «Зенита» поначалу было не очень. Когда взяли Жулиано и Мака, начали играть здорово. Выдали серию — 17 матчей без поражений! Мы были первыми в Европе!
Мне не хотелось тратить деньги просто так. Я рассуждал не просто как тренер: Россия под санкциями. Не то время, чтоб ошибаться с тратами на футболистов. Тут же накинется пресса: «Почему «Зенит» столько тратит?!» Я хотел что-то сделать с теми игроками, которые были в клубе. Еще мне хотелось выигрывать именно с русскими футболистами. Поэтому в «Зените» появился Цаллагов, который стоил всего 300 тысяч...
— Это удачный трансфер?
— Это отличный трансфер! Цаллагов здорово играл, у него прекрасный последний пас. Мне хотелось отдать ведущую роль русским игрокам. Я люблю воспитывать футболистов, доводить их до уровня. Учить дисциплине. Спросите у Дзюбы, Кокорина, сколько я с ними возился, сколько было бесед... Да Смольникова спросите! У меня были замечательные отношения именно с русскими футболистами. Исключение — Шатов.
— Почему?
— Шатов был чуть-чуть в стороне. Это совсем другой вопрос. Прежний «Зенит» играл только через Халка, все строилось на контратаках. Контроль мяча — максимум 40 процентов. Соперник, как правило, владел мячом больше. Я решил поменять все это!
— Чего вам хотелось?
— Чтоб «Зенит» больше играл в атаке. До меня на атаку в команде работали три человека — Данни, Витсель и Халк. Все остальные отыгрывали назад. Шатов привык к этой схеме, его устраивало. Я планировал в первый год отладить оборону, потом начинать работать с атакой. Почему мне надо было все поменять? Чтоб сделать шаг в Европе — надо доминировать над соперником. На одних контратаках далеко не продвинешься. Европа требует от футболистов уверенности! Когда я принял «Зенит», команда пробегала за матч 105 километров...
— Это много?
— Это мало! При мне дошли до 115-116 километров. Игроков надо было убеждать, что надо сильнее выкладываться, больше времени проводить на тренировках. Легко такие идеи доносить до молодых футболистов, которым 20-22 года. Когда тебе 34-35 — организм отказывается принимать новые нагрузки. Я шаг за шагом менял все, ввел новый тренировочный цикл. Можно было пойти другим путем. Решить, что у нас есть деньги, — и покупать, покупать... Но «Барселона», «ПСЖ» или Манчестер Юнайтед» продают футболистов, у них гигантские доходы от билетов, сувениров и телевидения. Поэтому нет проблем с финансовым fair-play. У «Зенита» же иначе!
**
Когда-то мы сели и замечательно поговорили с Русланом Мармазовым, бывшим пресс-атташе «Шахтера». Впрочем, в той команде Руслан был больше, чем пресс-атташе. Ярчайшая фигура. Друг всем.
Мало кто знал Мирчу лучше Руслана. Я расспрашивал и расспрашивал.
— Слезы Луческу хоть раз видели?
— Это интересный случай! Запланирована презентация обновленного логотипа. Накануне играем с «Бенфикой» дома. У нас в группе великолепные расклады, обыгрываем — идем дальше. Если проигрываем, то все. Но мы знаем, что выходим!
— Какая самоуверенность.
— В театре уже готовится вечер, все с большой помпой. А мы обделываемся дома.
— Ужас.
— На следующий день полный зал народа, Мирчу приглашают на сцену и вручают орден. Он же полный кавалер ордена «За заслуги»! Вот вешают очередной — и Мирча произносит: «Вы простите... Я не смог!» Начинает плакать.
— Как трогательно.
— Все думают, что вот сейчас Луческу уйдет в отставку! Ахметов, как все жесткие люди, довольно сентиментален. Делает шаг, обнимает Мирчу. В этот момент всем становится ясно — Луческу в «Шахтере» пробудет много-много лет.
— Он большой любитель музеев. Компанию Мистеру составляли?
— Куда прилетаем — везде Мирча устраивает экскурсию. Едем по Бухаресту. Садится вперед как гид, берет микрофон — и на всех языках мира: «Вот дворец Чаушеску, второе после Пентагона здание по размерам...»
— Сколько ж языков он знает?
— Специально, чтоб говорить с бразильцами, выучил португальский. Было ему в этот момент лет 65. Недурно? 8 языков!
— Невероятно.
— Русский выучил по моим пресс-обзорам. Сам говорил. Все, что сказано о «Шахтере», попадало туда. Один обзор Ахметову, такой же — Луческу. Гляжу, в самолете изучает эту пачку бумаги. Что-то выписывает.
— Сидели рядом?
— Всегда — за спиной. Если не понял русское слово — выписывает латиницей. Потом спрашивает. Таких слов все меньше, меньше, меньше... Потом вообще исчезли!
— Вот это дед.
— Не то слово!
— Так что с экскурсиями?
— Самая смешная — Ватикан. Туда зайди еще — очередь из паломников!
— Знаю. Стоял я в этой очереди.
— Но мы ж команда. Договорились, чтоб пропустили. Один наш футболист, Вася Кобин, всех сразил. Произнес: «А что я там не видел?» — и пошел есть мороженое. В самом деле — что ты, из своей западноукраинской перди, не видел в Ватикане? Мне просто башку разорвало!
— Чем такие футболисты заканчивают?
— Сейчас тренирует команду из своих родных мест, «Минай». Западная Украина. Выводит против Мирчи. Вспомнил — ярко в Иерусалим съездили!
— Что было?
— Много лет подряд ездили на Кубок Первого канала. Ну и к Гробу Господню, конечно. Тоже толпища огромная. С нашими бразильцами еще попробуй разберись, что у них за религия. Но стоят, ждут! Уже на подходе — а Мирча нервничает.
— Что случилось?
— У него тренировка задумана — опаздываем! Наконец не выдержал: «Все, уходим». Ни один из наших не двинулся с места. Только Левандовский пробурчал: «Здесь другой тренер...»
— Бунт!
— Мирча в секунду все понимает — и спускает на тормозах. Еще бунта ему не хватало. Из-за того, что насильно увел от Гроба Господня. А может, просто проверял нас. С него станется. Вдруг подходит монах, видит нас в форме: «А, футболисты! Откуда?» — «Украина.» — «Знаю! Блохин!» К Гробу пропускают по четыре человека — этот монах проводит нас с Мирчей. Говорит: «Мало кто знает, что здесь есть. Смотрите!» — и отодвигает в сторону большую икону Богородицы. За ней как за дверью — подлинный кусок скалы. Той самой пещеры, где был погребен Иисус. Откуда вознесся на небеса.
— Потрясающе.
— Говорит: «Можете прикоснуться». Не было бы Мирчи — я бы это не увидел и не узнал.
— В ярости Мирчу видели?
— Вот вам история. Мирча вышел из бухарестского «Динамо», а Чаушеску — покровитель «Стяуа». Как-то Мирчу семья Чаушеску лишила Кубка Румынии — но этот Кубок он указывает во всех биографиях как выигранный.
— Силен.
— Переводчики — всегда больная тема. Однажды в Испании местные нашли переводчицу откуда-то из Перми. Работает парикмахером. Мирча вспыхнул: «Все, хватит! Я сам буду!»
— К чему вы это?
— Комедия вышла в Греции. Вот вообразите: предматчевая пресс-конференция, переводчик из бывших наших. Представляет: «Главный тренер «Шахтера» Чаушеску...» Мирчу как шилом в задницу ткнули!
— Могу представить.
— Орал: «Какой Чаушеску?! Ты идиот! Что говоришь?! Мало того, что ты не знаешь, как тренера зовут, так ты еще и самую поганую фамилию назвал!» Это было ярко. Потом дома греков принимали — думаю: надо ж соответствовать! На юге Донецкой области остались греческие поселения, их еще Екатерина II и Потемкин из Крыма сюда ссылали. В нашем гуманитарном институте преподают греческий язык.
— Так что?
— Привезли оттуда роскошную гречанку. Такая средиземноморская красота. Мирча два слова скажет — а она переводит, переводит! Десять минут не говорит, а поет! Луческу смотрел как зачарованный. Потом подытожил: «Браво! Вот это перевод!» — не зная, что она там напереводила.
— С футболистами Мирча ладил всегда?
— Знал, когда отпустить игроков — чтоб разрядились. А когда дать по загривку. Помню, на сборах парни затосковали. Вызвали...
— Девчат?
— Девчат! Было это в Испании. Мирча об этом как-то прознал. Ночь, пустая гостиница, приезжает десант этих марамоек. Встречающая сторона уже стучит копытами. Вдруг в холле появляется Мирча.
— Представляю картину.
— Прекрасно было бы, если б он вышел в халате, ночном колпаке и со свечой. Но нет. Все охренели — а Луческу: «Парни! Расплатиться с девушками — и бегом спать. Девушки, чао». Это была лучшая смена в их жизни, думаю. Причем Мирча проследил, чтоб ни одна не была обижена.
— Бразильцы были?
— Бразильцы. В них столько жизненной силы — трудно себя сдерживать...
— Нигде Мирче не было так хорошо, как в «Шахтере».
— Даже не сомневаюсь. В Донецке снимали для него трехэтажный особняк. Недавно созванивались, говорит: «Руслан, там столько моих вещей осталось...» В народе это место называется «улица Демьяна Бедного». Сплошь дорогие особняки. А на самом деле — улица Анатолия Соловьяненко. Нашего земляка, певца. Около оперного театра его статуя — мимо проезжали постаревшие «Uriah Heep»: «****** Elvis...»
— Смешно.
— Так вот, юбилей Луческу. Все время фантазировали: что ему подарить? У человека все есть! Под забор съезжались директора на крутых автомобилях. Вот стоит эта кавалькада, огромные букеты... Президента нет, он поздравляет отдельно. Мирча встречает, жена Неля хлопочет. Торт, шампанское, все очень трогательно... Как правило, все это утром. Поздравили, сфотографировались — и разъехались. Смотрю — Неля плачет.
— Что такое?
— Она из Буковины, прекрасно говорит по-русски. Подхожу: «Что случилось?!» — «Мне показалось, все это так похоже на царское время, как было до революции. Так красиво, цветы...» Растрогалась! Чудесная женщина!
— Мирча ее обожает?
— Не то слово. Приезжала на сборы «Шахтера» — в день их свадьбы. Мирча говорил: «Столько времени проводил на играх и сборах, что решили — где бы ни были, день свадьбы проводим вместе...» Есть фотография — дарю ей огромный букет. А она в маленькой короне. Ей за 70!
— Как прекрасно.
— Как-то ждем-ждем — ее нет. Мирча усмехается: «Что ты хочешь? Когда ей 20 лет — вскочила и побежала. А когда 70, пока себя соберет в кучу, пока нарисует на лице то, что хочет... Конечно, нужно время!» Вообще, эрудиция у Мирчи потрясающая. Многогранная. Коллекционирует произведения искусства. Приезжаем в бельгийской городок Кнокке-Хейст. Курорт на Северном море. Арт-отель, стоят всякие скульптуры... Висят ценники. Хочешь — покупай. Мирча ходил-ходил вокруг одной.
— Что заинтересовало?
— Какая-то абстракция. Камень, женская фигура, все скручивается... Недосказанность! Стоила тысячи полторы евро. Смотрю — заворачивают. Купил.
— Молодец старик.
— Постоянно с ним книга. Летим туда, заглядываю через плечо — «Масоны». Интересно! На обратном пути другой корешок. Смотрю — «Богдан Хмельницкий, Мазепа, история Украины».
— Какой культурный человек.
— Атташе по культуре в этой семье Нелли, жена. Знает, что их ждет отпуск. Надо готовиться! Чтоб не тратить время на херню, отбирает фильмы, получившие «Пальмовую ветвь» или «Оскар». Ага, есть список. Не были в Стокгольме, а там удивительный музей? Туда! Приезжают в Петербург — в первый же день идут на Мойку, в квартиру Пушкина. Проводят несколько часов! Изучают до шурупа!
— С ума сойти.
— Едем играть на Кубок с командой «Еднисть». Местечко Плиски, Черниговская область. Ночуем в Нежине. Идем к самолету — мимоходом роняю: «В Нежине Гоголь учился». Мирча замер: «Да ты что?!» Хватает телефон: «Нелли, там Гоголь учился!» А она — фанатка Гоголя. Мечта всей жизни — попасть на Сорочинскую ярмарку. Увидеть Диканьку...
