Лимит на противоречия

НА СЛУХУ

Страсти вокруг лимита на легионеров накаляются.

Дмитрий ЗЕЛЕНОВ

Из всего того, что в последние дни сказано о лимите на легионеров, мне кажется, самой взвешенной представляется мысль Вячеслава Колоскова. Почетный президент РФС, как всегда спокойно и с едва уловимой иронией, призвал не пороть горячку, а вместо этого дождаться федерального закона, вокруг которого и разгорелся спор. После чего уже решать, как жить дальше.

Каким будет лимит? И налог?

Слова Виталия Мутко общественность действительно восприняла как приговор формуле "10+15", ведь министр спорта высказался довольно категорично. Мол, о готовящемся законе все знали заранее, и исполком сам виноват, что поспешил. Теперь вот пусть расхлебывает.

Однако именно решение исполкома имеет законную силу, и отменили его пока что только на словах. Если вспомнить, сколько всего в нашей стране было сказано, причем на самом высоком уровне, и сравнить с действительностью, то поводов для паники у противников жесткого лимита, возможно, не так уж и много. Обстоятельства меняются, вместе с ними меняются и планы.

"Все просто, никакой напряженности между исполкомом и Минспорта я сейчас не вижу", – подытожил Колосков.

Тем не менее напряженность определенно присутствует.

Евгений Гинер: "У немцев нет лимита, зато они чемпионы мира"

Так, в понедельник президент ЦСКА Евгений Гинер сделал ряд жестких заявлений, некоторые из которых прямо касались инициативы Мутко. Вступив в заочный спор с министром, Гинер привел в пример Испанию и Германию, у которых, по словам армейского босса, нет никакого лимита, что, однако, не мешает этим странам выигрывать крупнейшие международные турниры.

"Если бы у них был нормальный министр спорта, который знает все о лимите, то все встало бы на свои места", – саркастически заметил Гинер. А также, уже без шуток, сказал, что "конкуренция – это единственное, что улучшает игру футболиста".

Гинер, однако, прибег к гиперболе, потому что в действительности лимит есть и в Германии, и в Испании.

У немцев он больше похож на то, что принял исполком РФС – в заявке каждого клуба бундеслиги на сезон должно присутствовать минимум 12 доморощенных игроков. У испанцев система устроена несколько иначе – не более трех футболистов без гражданства ЕС на поле. Правда, распространенная практика "двух паспортов" здорово облегчает жизнь. У того же Месси, например, есть испанское гражданство.

Понятно, что ни то ни другое не похоже на "5+6", но и говорить о том, что европейцы, в отличие от нас, полностью отказались от футбольного протекционизма, тоже нельзя.

"10+15" приговорили. Лимит
на легионеров будет другим

Другое дело, что в Европе любые законы, принимаемые федерациями, не противоречат законам Европейского союза. Самый наглядный пример – это широко известное "дело Босмана". Напомню, бельгийский полузащитник Жан-Марк Босман сумел убедить суд в том, что лимит на иностранных футболистов не может распространяться на граждан ЕС.

А вот судя по словам Мутко, у нас статус легионеров для футболистов из стран – участниц Евразийского экономического союза отменен не будет, так как легионер это тот, кто не имеет возможности играть за национальную сборную.

Между тем противоречие налицо, потому что задачей единого экономического пространства, в которое входят Россия, Белоруссия, Казахстан, Армения (и скоро войдет Киргизия), является обеспечение так называемых четырех свобод: движения товаров, капиталов, услуг и рабочей силы.

Еще в 2012 году решением Высшего евразийского экономического совета были введены в действие 17 базовых международных договоров, формирующих Единое экономическое пространство. И один из них предусматривает, цитирую, "снятие ограничений в части допуска граждан на рынок труда стран – участников ЕЭК, отмену квотирования, отмену обязательных разрешений на работу трудовым мигрантам, более либеральный порядок миграционного учета".

Кому будет больнее из-за
лимита "6+5"

Исходя из всего этого, не является ли лимит на легионеров тем самым квотированием?

В общем, призывая одну сторону не торопиться, другой, наверное, тоже не следует спешить. Особенно принимая во внимание то, какое значение государство придает интеграционным процессам на постсоветском пространстве.

А пока – просто дождемся закона.