Экзамен для героических людей

Юрий ГОЛЫШАК
из Лужников

Москва полна героических людей - будь я Романом Асхабадзе, выдал бы каждому пришедшему в Лужники медаль. Или шоколадку. Думаю, генеральному директору "Спартака" по силам.

Столичные минус восемь превратили рабочий день милиции в выходной. Народ тянулся вяло. Милиция дремала и на "Парке Культуры", и на "Воробьевых горах".

Дошедшие до Лужников корреспонденты интересовались исправностью телевизора. На трибуны шли только поддевшие термобелье.

Публика позевывала. На "Воробьевых горах" натолкнулся взглядом на кого-то усталого из бронзы за стеклом. Всмотрелся в табличку: "Боксер отдыхающий", медный сплав, Польша, 1950 год".

На "боксера отдыхающего" после праздников похож был каждый второй мужчина.

* * *

Но я-то знал, с кем встречусь утром перед матчем, - хочешь не хочешь, а взбодришься. Эх! Кумиры юности - Родионов, Черенков, Дасаев...

В начале 90-х служил я юным корреспондентом. Ходил к ним на интервью, глядел с восторгом. Задавал странные вопросы.

- Стоит вам не забить пенальти, - поощрительно растолковывал я Сергею Родионову, - непременно забиваете с игры...

Родионов смотрел на меня с тоской. Следующим в моем списке был Черенков.

- Как же у вас так получается? - восхищался я чем-то волшебным.

- Интуитивно, - отвечал мне Черенков. Подумав немного и поймав огонек непонимания в глазах, добавлял: - Рефлекторно.

Хорошие были времена. Впрочем, и командующий в "Тереке" Черчесов мне не чужой. Единственный тренер, включающий всех знакомых репортеров в поздравительную рождественскую рассылку. Корреспонденты не упускают случая поздравить его. Черчесов для меня всегда чемпион.

...Под памятником Ленину шла натужная викторина. Ильич обмерял участвующих точно таким же взглядом, как Родионов меня в начале 90-х.

Викторина не задалась.

- В 96-м он перешел в бременский "Вердер", - держал истошную ноту человек с микрофоном. - Великий Отто Рехагель говорил про него: "Опустив голову и никого не видя, он рвется к воротам". Кто же это?!

- Андрюша Тихонов! - обрадовался человек с шарфом.

Микрофон едва не выпал из озябших рук вопрошавшего.

* * *

Под трибунами VIP-сектора Дасаев, Черенков и Родионов участвовали в жеребьевке школьного турнира, проводимого "Спартаком". За столиками смотрели на них во все глаза директора и физруки тех самых школ, что разыграют призовые деньги. Предоставленные Леонидом Федуном.

Все было столь живописно, что стоило бы одеться поприличнее. Забыв про мороз. Физруки сидели чуть ли не во фраках - я на таком фоне проходил за делегата лесной школы.

На входе встречали барышни под два метра ростом. Три телекамеры. При том, что в уголке скучали великие из 80-х. Я расправил плечи.

- Школа 821... - донеслось издалека.

Я пригласил к себе за столик Сергея Родионова.

- Вы директор академии, - начал вкрадчиво. Помня уроки прошлого века.

- Я не директор, я президент, - ответил Родионов. - А этот турнир - наш клубный проект. Поднимаем популярность "Спартака" - раз уж там будет наш спортивный комплекс. Важно иметь аудиторию. Формируем нового болельщика. Уводим детей от ненужных вещей. Провели почти сто мастер-классов! В марте будет 18, уже провели шесть. Оцените масштаб! Представьте глаза ребят, к которым приезжает Тихонов или Дасаев...

- Чувствуете, что ваше имя для детей что-то значит?

- Думаю, преподаватели проводят накануне работу. Встречают нас здорово.

* * *

Церемония заканчивалась. Около стола дежурили съемочные группы - готовились перехватывать Дасаева. Я проскользнул между микрофонами. И увел Дасаева в сторонку.

- Говорят, вы в клубе занимаетесь некими "партнерскими проектами"?

- Совершенно верно. - Дасаев пододвинул поближе пепельницу. - Работаем. А еще на мне селекционная работа в академии. Ищу вратарей и не только.

- Вам достаточно одного взгляда на мальчишку, чтобы все понять о его футбольных перспективах?

- Нет. Приходится смотреть пару матчей. Еще сам езжу в школы с мастер-классами по Северо-западному округу. Пусть болеют за "Спартак". Все дни расписаны, не заскучаешь. Но мне нравится. В 10 утра прихожу на работу - и начинаются звонки. Есть, например, партнерская программа с греческой школой из Фракии, называется "Спартакус". Если там появится толковый мальчишка - окажется в нашем клубе. Их тренеры уже побывали в Москве.

- Спартаковская академия перехватила вас у "Торпедо", где собирались тренировать вратарей. Там не обиделись?

- Нет, и Тукманов, и Игнатьев с большим пониманием отнеслись. Им хотелось, чтоб я оказался в их команде, это понятно. Но "Спартак" - мой дом...

Чуть поодаль стоял Федор Черенков. Грех было не подойти.

- В сегодняшнем "Спартаке" что нравится?

- Со сборов приходили хорошие новости. Сегодня - экзамен. Думаю, все пройдет хорошо. Оказаться в Лужниках для меня большая радость, хотя с наших времен все здесь изменилось. Сохранилась только красная дорожка.

- Когда в последний раз пересматривали матч с собственным участием?

- Недавно меня пригласили в ресторан комментировать матч Бразилия - СССР 80-го года. Мы выиграли 2:1. Там Зико не забил пенальти. Знаете, разглядел много нового! Мне казалось, нас "возили". Особенно последние минут десять. Дух не успевали перевести. Ощущение было, что я постоянно под прессингом. А смотрю запись - да вроде ничего, играли на равных...

- Вы же были на новом спартаковском стадионе?

- Месяцев восемь назад. Уже многое было готово. Оставалось достроить только верхний ярус. Мне так нравится, что стадион будет чисто футбольный, и поле близко! Когда играли в Англии, от этого я был в восторге. Когда песни прямо над ухом. А особенно мне нравились "Бока Хуниорс" и "Сантьяго Бернабеу". Смотришь вверх - а трибуны не заканчиваются...

В перерыве Дасаев с Черенковым вручили девочке телевизор. Что за девочка, выяснилось секунду спустя: это она написала лучший стих про "Спартак". Еще один конкурс.

* * *

Казалось, с каждой минутой становилось холоднее. А зрителей - больше. Люди с мороза тянулись и тянулись. Даже самые стойкие из корреспондентов переместились к телевизору пресс-центра. Сидеть на трибуне было еще можно, писать обмороженными пальцами - едва ли.

Я открыл программку. Теплолюбивый Боккетти рассказывал о прекрасном Неаполе и Везувии: "Нет, на вершину не забирался никогда. Живу у моря, в другой стороне. Но вулкан хорошо виден из моих окон". Фанаты "Терека" зябли у огромного барабана. Чуть оживившись после юмористического гола в ворота Песьякова. А с лавки смотрел на поле печальными глазами вчерашний капитан Андрей Дикань