Шапка с пумпоном

Вчера исполнилось 100 лет со дня рождения знаменитого Деда – футбольного тренера Виктора Маслова.

Евгений ДЗИЧКОВСКИЙ

Бывают люди, которых ты никогда не знал лично. Но информация о них как-то незаметно, исподволь просачивается в тебя, оседает где-то на задворках памяти, укореняется в сознании. И даже не информация, а то ли аура, то ли слава этих людей…

Потом всего этого становится больше, и ты невольно начинаешь классифицировать увиденное и услышанное, сопоставлять с жизненным опытом – своим и чужим. Со временем вполне нейтральная фамилия и ни о чем не говорящее фото оформляются в целостный образ. А частота упоминаний и заочных встреч с давно ушедшей личностью настойчиво говорят: зря ты его не знал, парень. Очень зря.

Виктор Маслов, легендарный Дед, поселился во мне совсем не после прочтения многочисленных мемуаров и торпедовских хроник. Как это часто бывает, изложенное на бумаге кажется не слишком живым, а главное – чужим прошлым. Другое дело – рассказы "он-лайн", ни к чему не обязывающая вроде бы трепотня, которая и есть настоящий индикатор заслуг и памяти человеческой.

Арсен Найденов, живой, как ртуть, носитель негласных титулов хитрована и пройдохи, вдруг выдал как-то ни с того ни с сего:

- Галстуков понадевали, в костюмы влезли – и все, уже тренеры. А Дед в одном и том же свитере всю жизнь ходил. Мы думали, он в нем спит. Но ведь тренерище был! У него не учиться хотелось, а просто постоять рядом, пропитаться. Любое слово – мысль, любое действие – наука. Когда Маслов в Киеве работал, футбольные люди говорили: в "Динамо" все идет как по маслу. Дед успевал следить даже за своевременной укладкой асфальта возле стадиона. Скажете, на результат такое не влияет? Неправда – в футболе мелочей нет! Помню, был я молод и горазд закручивать гайки. Так Дед, мой добрый гений, выдал, понаблюдав: "Почему ты так негибко к ребятам подходишь – все время требуешь работать на полную катушку? Это же живые люди, не надо их контролировать и сторожить. Они тебе так или морду набьют, или тихим саботажем займутся. Пойми, главное в нашем деле – чутье. Надо чувствовать, когда сбавить, когда поднажать. Если найдешь золотую середину, команда зауважает по-настоящему.

Смотрел я после этого фото и видел: Дед действительно все время в свитере да еще и в какой-то лыжной шапке с пумпоном. А тесть мой, для которого не существовало команд, кроме "Торпедо", найденовское семечко в зятевой голове активно поливал. Все больше междометиями: "У-у, Маслов – это да-а! Что ты!"

Таких, как Дед, в нашем футболе было пятеро, на мой взгляд. Кроме него - Качалин, Якушин, Бесков и Лобановский. Последний – самый великий, как принято считать. Но ведь именно Лобана с Базилевичем Дед вывел первым делом из состава киевлян, едва десантировавшись на берега Днепра. И именно Лобан говорил впоследствии: "Дед был прав. Я не соответствовал той команде, которую он строил".

А кто, как не игрок Лобановский, возмущался масловскими нагрузками? Оцените эту фразу – Лобановский возмущается тренерскими нагрузками!

- Как же можно нормально играть после таких тренировок? - говорил он Деду со всей своей авторитетной прямотой.

И знаете, каким был Дедов ответ?

- Чтобы играть, Валера, тебе еще в состав попасть нужно.

Два последних воспоминания были озвучены на вечере памяти Виктора Маслова, состоявшемся во вторник в Культурном центре ДК ЗИЛ. Очень необычное получилось мероприятие. Несовременное. Ведь деньги на такие праздники сегодня найти не проблема. Куда сложнее с наполнением духовным и душевным. Память за деньги не купишь. И людское прошлое в аренду не возьмешь.

Из всех, кто пришел во вторник в ДК ЗИЛ, был рад я больше всего за крепкого жилистого старика по фамилии Посуэло. Так и не ставший настоящий доном, испанский дед приехал помянуть Деда, который гонял его в хвост и в гриву. Гуляка и красавец конца 50-х, Посуэло весь вечер светился изнутри своей далекой молодостью.

В маленькой двухкомнатной квартирке под Мадридом у него гжель в серванте и яичница на завтрак. Там обожаемая внучка. Любимые сигареты и виски. Хорошая пенсия. Команда бог знает какой лиги, где он администратором. Майки – красные в белую полоску. Три года назад получил такую в подарок, до сих пор играю в ней по вторникам. От Посуэло!

Там земляки по крови, которых Немесио Немесьевич поминает матерком, противопоставляя им себя с русской супругой: "Мы не какие-нибудь испанцы!" А здесь он Михал Михалыч, Миша. Тут он жил настоящей жизнью. Тут его "Торпедо". И его Дед.

Нет у нас сейчас таких, как Маслов. Даже Хиддинки с Адвокатами, сопоставимые, быть может, по заслугам и таланту, без копии контракта в нагрудном кармане к команде не выйдут и народу не улыбнутся. Свои, российские, растут уж который год - никак не вырастут. Футбол все глубже прячется за бизнесом, все тяжелее разглядеть его на наших полях. И шапки с пумпонами давно никто не носит…

Автозаводский район скоро будет перестраиваться. Появится вдоль Москва-реки новая набережная. Говорят, ее назовут именем Деда – Виктора Маслова. Стадион бы назвать, да немного у нас в стране футбольных стадионов.

Пусть будет набережная. Пусть хоть переулок. Но чтобы был обязательно. Нашу память Дед заслужил. Нам бы теперь заслужить посмертное Дедово одобрение того, что делаем, и того, как живем.