Николай Давыденко: "У меня снова появилось желание играть"

     Во время командной пресс-конференции Николай Давыденко отказался публично комментировать решение Ассоциации теннисистов-профессионалов, которая на прошлой неделе сняла с него подозрения в участии в договорных матчах. Однако для корреспондента "СЭ" было сделано исключение. Впрочем, начали мы этот разговор с другой темы.

Евгений ФЕДЯКОВ

из Буэнос-Айреса

ПЯТЬ ЛЕТ НАЗАД ВСЕ БЫЛО ИНАЧЕ

     - Николай, как настроение перед матчем?

     - После серии турниров на американском харде здесь всего на одну неделю надо перестроиться на грунт. Для того чтобы акклиматизироваться в Аргентине и чувствовать себя здесь как дома, я прилетел заранее, в субботу. И стараюсь набрать форму.

     - Вы считаете, что это реально - чувствовать себя как дома в Аргентине - стране, славящейся своими горячими болельщиками?

     - Это зависит только от внутреннего настроя. Могу сказать, что организация матча тут просто классная. И корт хороший, и обслуживание. Мне пока все нравится. А когда вокруг тебя все хорошо, то и играть приятно. При этом абсолютно неважно, где ты находишься, в Аргентине или дома.

     - Можете сравнить ситуацию перед нынешним матчем с той, которая была здесь перед четвертьфиналом в 2003 году?

     - У нас тогда была команда с громкими именами, однако реальной силы она не представляла. Сафин уже здесь, в Буэнос-Айресе получил травму и играть не смог. А Кафельников был близок к завершению карьеры. Я тоже только-только оправился от травмы, и против Гаудио с Налбандяном нам фактически некого было выставить. Сейчас ощущения немного другие. Уж по рейтингу-то мы точно не слабее аргентинцев.

     - На Олимпиаде и US Open вы говорили, что ощущаете себя не очень хорошо, чувствуете пресыщенность теннисом. Какие шаги предпринимаете для того, чтобы этот период скорее прошел?

     - В этом году у меня все сбилось из-за неудачных выступлений на "Ролан Гаррос" и Уимблдоне. Теннис я показывал, прямо скажем, не лучшего качества, практически перестал тренироваться и готовиться к турнирам. К турниру в Цинциннати и той же Олимпиаде физически абсолютно не был готов, да и психологически было тяжело. Но сейчас я чувствую себя намного лучше, появляется желание играть. И я снова чувствую, что могу сконцентрироваться на теннисе.

     - Согласны с тем, что с точки зрения личных интересов играть на земле сейчас никому не выгодно? Ведь вскоре начинаются турниры на быстрых покрытиях...

     - На самом деле для моей подготовки это не имеет большого значения. После окончания полуфинала я вернусь в Европу и буду готовиться к "Кубку Кремля". Времени для этого будет достаточно.

     - Какое впечатление в этом году производит ваш давний соперник Давид Налбандян?

     - Он всегда был сильным теннисистом из первой мировой десятки. Налбандян может играть очень хорошо. Не знаю, почему в последнее время он показывал низкие результаты и его почти не было заметно в туре. Сейчас он наверняка будет биться за свою команду и постарается показать свою лучшую игру.

     - Теперь скажите пару слов о Хуане Мартине Дель Потро, с которым вам, скорее всего, предстоит сыграть в первый день?

     - На последних турнирах он выступил очень здорово. Аргентинец много выигрывал и, проведя за последний месяц в два раза больше матчей, чем я, чувствует себя очень уверенно. Но Кубок Дэвиса - особое соревнование. Тут надо играть за страну, и многое будет зависить от того, сумеет ли Дель Потро справиться с психологическим давлением. Вот если сумеет, тогда действительно остановить его будет тяжело.

     - Какие у него сильные стороны?

     - Он высокий, очень хорошо подает и контролирует заднюю линию. Полагаю, что здесь для меня именно игра с Дель Потро во многом будет решающей.

     - Шансы на победу нашей сборной в процентах можете оценить?

     - Тяжело сказать, я никогда не гадаю. В данном случае надеюсь, что по крайней мере мы не проиграем - 0-5.

ИЗВИНЕНИЙ ОТ АТР ЕЩЕ НЕ ПОСЛЕДОВАЛО

     - Теперь, если вы не против, давайте затронем тему ваших отношений с Ассоциацией теннисистов-профессионалов. Недавно закончилось расследование по поводу вашего якобы участия в договорных матчах, и АТР объявило, что снимает с вас все подозрения. Испытываете в связи с этим облегчение?

     - Конечно, я рад, что все закончилось. И определенное облегчение в связи с тем, что обо мне уже не будут говорить всякие глупости, наступило. Но черный отпечаток после этой истории все равно остался. Его лишь немного, далеко не до конца, подчистили. Поэтому пока я не чувствую полного удовлетворения. Не забывайте, что мне целый год приходилось испытывать серьезное давление.

     - Какого рода?

     - Прессы, которая может написать все, что угодно. Ведь люди потом читают и верят.

     - Какие-то объяснения с руководством АТР у вас произошли? Оно принесло вам извинения? Ведь ситуация изначально была неправильной. АТР объявила о подозрениях в ваш адрес, не имея на руках никаких доказательств.

     - Над этим вопросом сейчас работают мои адвокаты и менеджеры. Не знаю, что мы будем дальше делать, да и я сейчас об этом не очень задумываюсь. Год еще не закончился, хочется показать какие-то достойные результаты. Сейчас снова появилось желание играть, это для меня большой плюс.

     - А над чем конкретно работают ваши адвокаты?

     - Над тем, чтобы усилить мои позиции в данном деле. Не исключено, что мы будем подавать в суд на АТР или попытаемся изменить ситуацию как-то иначе. Но в любом случае еще постараемся что-то сделать.

     - Публичных извинений от АТР в ваш адрес, насколько я понял, не последовало?

     - Нет, никаких извинений мы не получили. Пока всем известно только то, что они против меня ничего не нашли и что расследование завершено. Но такая формулировка мне не нравится. В конце концов АТР должна защищать нас, игроков. А вместо этого о расследовании по моему делу узнал весь мир. Информацию в прессу им было давать совсем необязательно.

     - Наверное, им самим это было невыгодно, поскольку тень была брошена на всю организацию?

     - Не только поэтому. Но еще и потому, что АТР пришлось платить деньги тем, кто вел расследование. А теперь, если я буду подавать в суд, им придется тратиться на вознаграждение своим адвокатам.