Хартли объяснил, почему отказался возвращаться в «Авангард»

Главный тренер «Локомотива» Боб Хартли в интервью «СЭ» рассказал о том, почему решил продолжить свою тренерскую карьеру, и объяснил, почему два года назад отказался от возвращения в «Авангард».

— Как чувствуете себя после столь долгого перерыва, когда многие считали, что ваша тренерская карьера завершена? Насколько сложно или, наоборот, приятно вернуться на скамейку и снова возглавить команду в одной из сильнейших лиг мира?

— Когда ты тренер, хоккей у тебя в крови. Да, я три года не стоял у борта, но все это время продолжал заниматься делом: у меня есть хоккейные школы в Канаде и США, где занимается около 600 детей. Мой сын тренирует в CHL. Кроме того, я работал на телевидении и радио, комментировал матчи «Монреаля» и другие игры НХЛ. И подходил к этому как к тренерской работе — готовился, разбирал тактику, продумывал планы на игру. То есть на высшем уровне я не тренировал, но вся моя жизнь все равно была пронизана хоккеем. Так что, если честно, за эти годы мало что изменилось.

— Но все же решение вернуться в КХЛ было непростым. Почему именно «Локомотив»? Как проходили переговоры?

— Вы правы, вопрос действительно серьезный. За эти три года мне звонили многие клубы КХЛ, команды из Швейцарии и Чехии, даже одна из НХЛ. Но, например, в первый год после «Авангарда» я вообще не собирался тренировать — мы с партнерами строили жилые дома, и еще до окончания контракта в Омске было понятно, что следующий сезон я проведу в бизнесе.

На второй год, когда звонил Александр Дюков от «Авангарда», я просто не мог согласиться — у моей жены была серьезная болезнь, и я не мог ее оставить. Другие предложения не казались мне вызовом.

А вот этим летом, когда позвонил Юрий Яковлев, все сложилось иначе. Сначала я, конечно, удивился: слышал, что Игорь Никитин уходит в ЦСКА, и в Ярославле открылось свободное место. Но за всю карьеру я ни разу не просил работу и не отправлял резюме. Всегда считал: если клуб хочет видеть тренера, он сам делает звонок. Так вот, после первого разговора с Яковлевым я сразу вспомнил Брэда Маккриммона. Мы четыре года вместе работали в «Атланте», были друзьями. Незадолго до той страшной катастрофы в Ярославле мы встретились в Швейцарии, где я тогда тренировал «Цюрих», поужинали, поговорили о его будущем. Брэд мечтал стать главным тренером, и в тот день он был буквально в нескольких часах от того, чтобы исполнить мечту. Для меня это очень особенная история.
А вторая причина — вызов. Обычно, когда я приходил в команду, все было плохо: «Атланта» в 2002-м шла последней, кругом был хаос. Всегда нужно было все чинить, спасать. А здесь другое — сильный, титулованный коллектив. «Локомотив» стал чемпионом, и теперь все соперники будут настраиваться именно против нас. Это редкая ситуация — принять команду, которая уже на вершине.

Для меня это честь — принять вызов, который предложил Яковлев. Знаете, мой первый матч с «Авангардом» в 2018-м как раз проходил в Ярославле. После игры я попросил нашего пресс-атташе Олега Малицкого познакомить меня с Яковлевым. Хотел лично сказать ему три вещи: как мне жаль погибшую команду, как я рад, что «Локомотив» снова в КХЛ, и что я был близким другом Маккриммона. Встретились буквально на пару минут — и больше за четыре года я его не видел. И вот теперь мы вместе работаем в «Локомотиве».

— Знаю, что Александр Крылов был уверен, что вы возглавите «Куньлунь». Думаю, он расстроился, когда узнал о вашем решении.

— Да, это, наверное, одно из самых трудных решений в моей жизни. Дело в том, что я уже обсуждал детали с Яковлевым. Мне в сентябре исполнится 65 лет — и, конечно, я понимал, что не смогу работать еще лет пять.

Мои российские друзья всю зиму говорили: «Крылов возвращается в КХЛ». И я с большим уважением отношусь к Александру. С первого дня нашего знакомства в Копенгагене до последнего дня в «Авангарде» он всегда относился ко мне как к другу. Все, что мы вместе запланировали, мы сделали.

Я благодарен Крылову, Сергею Белых, Максиму Сушинскому, Александру Дюкову — мои четыре года в «Авангарде» были фантастическими: золото, Кубок Гагарина, серебро, Матчи звезд, тренировка в Кремле, игра в Дубае. Мы развивали игроков — Михеева, Чинахова, Грицюка, Костина, Чистякова. Строили новую арену, создавали фан-базу в Балашихе после сноса омского дворца. Все это я очень ценю.

Но «Куньлунь» и «Локомотив» — это разные вызовы. Я долго думал. Два дня сидел и выписывал: «почему идти в Куньлунь» и «почему в Локо». И всегда возвращался к двум моментам: во-первых, я смогу работать в кабинете, где сидел Маккриммон, и таким образом почтить его память; во-вторых, у меня будет шанс защитить титул. Это даже сложнее, чем выиграть его в первый раз. Потому что для всех остальных команд мотивация проста — обыграть чемпиона.

Да, предложения с обеих сторон были отличными. Дело было не в условиях, а в вызове. Поэтому сделал выбор в пользу Ярославля. При этом Крылов всегда останется моим другом. Никогда не скажу о нем плохого слова. Надеюсь, мы встретимся и пожмем друг другу руки.

«Почему все думают, что Радулов — монстр? Я бы взял в команду двадцать таких, как он». Интервью Боба Хартли