10 сентября, 16:40

Майгуров ответил на претензию по поводу отсутствия у СБР нормальной коммуникации с IBU

Глава Союза биатлонистов России (СБР) Виктор Майгуров в интервью «СЭ» описал взаимоотношения организации с Международным союзом биатлонистов (IBU).

— Уверен, что слышали претензию, что у СБР нет нормальной коммуникации с IBU и что Белорусская федерация биатлона больше старается для возвращения. Как бы вы описали взаимоотношения с международным союзом?

— Конечно, слышал. И мне это напоминает старую историю: кто-то что-то сказал, журналисты как-то перевели, а IBU потом прислал нам письмо-объяснение со словами «нас неправильно поняли». Живем во времена кликбейта, когда кричащий заголовок важнее содержания...

Что касается взаимоотношений с IBU — я расцениваю их как рабочие. 99 процентов взаимодействия любой национальной федерации с международным союзом — это текучка: соревнования, программы, финансы. Мы, как временно отстраненный член IBU, лишены права участвовать в этих соревнованиях и программах, поэтому обсуждать их для нас бессмысленно. Для нас сегодня остались только две рабочие темы: антидопинг и возвращение. По ним мы и общаемся.

Совсем недавно, в середине августа, СБР представил свой отчет за первое полугодие 2026 года по антидопинговой работе. Лично в этом участвовал. Претензий не услышали, только позитив. Так что регулярные рабочие контакты никуда ни делись — и по формальным процедурам, и по существу.

Другое дело, что по главному вопросу — возвращению — IBU занимает по отношению к России жесткую позицию. Мы неоднократно обращались к ним с предложением перейти к конструктивному диалогу по возвращению россиян, но никакой конкретики, никакой дорожной карты в ответ не получили ни разу. Но это не значит, что нет коммуникации. Она есть, просто пока не приводит к тому результату, которого мы добиваемся.

— Видите ли у белорусов больше шансов на возвращение, учитывая и одобрение политического нейтралитета, и рекомендации МОК об их допуске?

— Честно говоря, я не готов оценивать шансы белорусов. С одной стороны, действительно, МОК снял ограничения с белорусских спортсменов раньше, чем с россиян. С другой — иск в CAS подала только российская сторона, белорусы в суд не обращались. И решение арбитража, соответственно, будет распространяться только на россиян.

Может ли наш иск опосредованно повлиять на возвращение белорусов? Теоретически — да. Если CAS признает отстранение дискриминационным по национальному признаку, прецедент создаст совершенно другую правовую реальность. IBU будет сложнее удерживать прежнюю позицию в отношении любой страны.

Поэтому наш подход предельно прагматичный: мы сосредоточены на своем деле. Сначала вердикт CAS, а потом будем смотреть, что из этого последует для нас и для всех остальных.